ПРИЛАГАТЕЛЬНЫЕ

Формы имен прилагательных, выступающие в тексте «Истории о море­ходстве», требуют скорее графико-стилистического, чем собственно языко­ведческого истолкования. В именительном падеже единственного числа мужского рода в соответствии с общей картиной, наблюдаемой в изданиях первой четверти XIX века, беспорядочно чередуются безударные флексии - ой и -ый, не давая возможности выявить хоть какие-то обоснования каждо­го конкретного написания.

той (корабль стал) пред мысом Диамантом (14), но - четвертый отряд отпра­вился из Бель-Иля (17), войски терпели великой вред (93), но - нанесло сей отрасли Английской торговли весьма великий вред (73), претерпевал жесто­кой огонь (81), но - производили по нем жестокий огонь (204), едва Англий­ской Виргинской флот не был взят Г.

Разумеется, с точки зрения общей направленности процесса закрепле­ния современных произносительных норм приведенные факты как будто бы не имеют особого значения, поскольку, в общем, они могут быть отнесены к области графики. Важно однако подчеркнуть, что широкое использование форм на -ой приобретает для нас несомненную значимость, если мы учтем, что в формах причастий (в отличие от прилагательных) это окончание сис­тематически отсутствует. Коль скоро окончание -ый является для нас отра­жением церковно-книжного влияния на литературный язык (Булаховский, «Курс...». - с.85), то устойчивая связь этого окончания с причастиями оказы­вается весьма симптоматичной. Так в последнем из наших томов окончание -ой встречается во множестве примеров (их более восьмидесяти): белой (4), южной (8), узкой (16), трудной (16), неприятельской (27, 133, 149, 179, 184, 205), главной (33), голландской (34, 176, 181), всякой (36, 48), пушечной (37), ружейной (там же) и т.д. На этом фоне явно бросается в глаза фактически полное отсутствие страдательных причастий на -ой (единственное исключе­ние, разумеется, не в счет: потерпели за нанесенной ими вред- 37). Ср. со­ставленный (33), обессиленный (71), назначенный (107), усыпленный (133), привезенный (177), а также: называемый (25), уважаемый (115), последуемый (178), сопровождаемый (180) и т.д. В других томах наблюдается, в общем, такая же картина, так что есть основания говорить, что наблюдаемая зако­номерность - не частность, а выражение тенденции, определившей в конеч­ном счете повсеместное обозначение безударного окончания через -ый. По- видимому, эта тенденция могла быть подцёржана и тем обстоятельством, что в формах действительных причастий, судя по нашим материалам, пра­вило написания конечного -ий / (не -ей) не знает исключений (в других грамматических категориях они возможны; ср., например: корабли потер­пели величайшей вред - И, 45 и под.): лежащий (И, 34), состоящий (II, 48), приведший (VII, 32), атаковавший (34), восставший (36) и т.д.

Яркой особенностью наших текстов является обилие в них форм на -ейший и -айший, выступающих не только в функциях элятива к суперлати­ва, но и в значении сравнительной степени при наличии обычных образова­ний на -ее. Ограничимся приведением отдельных примеров из последнего тома: доставит ей сокровища, легче приобретаемые и изобильнейшие Ин­дейских (111), подвиги... были подкреплены новыми успехами тем важней­шими, что были приобретены в Европейских морях (176), эскадра... была блокирована в Дюнкирхене сильнейшею ее Английскою эскадрою (91), мо­роз, сильнейший во Франции, нежели в других европейских землях, совер­шенно погубил хлеб (194), а также: флот, даже несколько меньший флота союзников, предохранил бы галионы от гибели (145) и т.д. Что касается значения превосходной степени, то оно в XIX веке, в отличие от того, что мы имеем теперь, могло, как известно, выражаться сочетанием местоимения «самый» не только с исходной формой прилагательного (самый сильный),

но и с формой на -ейший, что лишний раз подтверждается имеющимися в нашем распоряжении примерами: генерал Гинкель... даровал самую выгод­нейшую капитуляцию (24), самые сильнейшие уверения ваши... (112), самые жесточайшие враги Франции поступками своими подали ей способы к за­щите (199) и т.д. Очевидно, отмирание указанных выше форм по отношению к первой четверти XIX века не может считаться завершенным.

Все другие замечания, относящиеся к засвидетельствованным в наших текстах формам имен прилагательных, касаются единичных явлений. Так, материал свидетельствует о сосуществовании твердой и мягкой основы в образованиях, впоследствии сохранивших лишь форму на -ий (ср. то же са­мое в языке А.С.Пушкина и др.): отряд... рассыпался по деревням и самым дальным домам (VII, 10), но - их открыли на дальнем расстоянии (VII, 156); по причине поздного времени (VII, 172), но - по причине позднего времени (VII, 137) и т.д. Другое, что обращает на себя внимание, это возможность образования краткой формы, которая впоследствии не сохранилась: ветр, поднявшись около двух часов, сделался противен (VII, 35, а также 189). То же следует сказать о некоторых формах сравнительной степени, которые со временем устранялись: дела их не токмо не были преимущественнее его, но еще с каждым походом число потерь их увеличивалось (VII, 100) и под.

Последнее, что следует отметить, это яркое отражение процесса отми­рания притяжательных прилагательных, которые в первых томах представ­лены большим количеством примеров и фактически отсутствуют в послед­нем. Примеры: дети Ноевы (I, 1), сын Иафетов (I, 2), Иосифу мнению (1,4), слова Моисеевы (I, 5), корабли Соломоновы (I, 6), Митридатово намерение (И, 3), к победителевой колеснице (II, 7), Цезарева похода (II, 18), эскадра Сульпициева (И, 22) и т.д.