Развитие отраслей права

Гражданское право. Гражданский кодекс РСФСР 1922 г., дей­ствовавший более 40 лет, в значительной части утратил свое зна­чение, не соответствовал существующим общественным отношени­ям.

8 декабря 1961 г. Верховный Совет СССР принял Основы гражданского законодательства Союза ССР и союзных респуб­лик, закрепившие единые для всех союзных республик принци­пы, исходные нормы правового регулирования имущественных и связанных с ними личных неимущественных отношений.

В соответствии с Основами Верховный Совет РСФСР 11 июня 1964 г. принял Гражданский кодекс РСФСР.

ГК РСФСР состоял из 8 разделов:

1. Общие положения.

2. Право собственности.

3. Обязательственное право.

4. Авторское право.

5. Право на открытие.

6. Изобретательское право.

7. Наследственное право.

8. Правоспособность иностранцев и лиц без гражданства. При­менение гражданских законов иностранных государств, междуна­родных договоров и соглашений.

ГК РСФСР включал также 42 главы и 569 статей. Согласно статье 1 ГК РСФСР осуществлял нормативно-правовое регули­рование общественных отношений “в целях создания материаль­но-технической базы коммунизма и все более полного удовлет­ворения материальных и духовных потребностей граждан”.

Тем самым четко определялся “дух” закона, его направлен­ность на всемерное развитие и охрану имущественных и связан­ных с ними личных неимущественных отношений, основанных на социалистической собственности на орудия и средства производ­ства, определяемых и направляемых государственным народно­хозяйственным планом.

ГК РСФСР также должен был содействовать охране матери­альных и культурных интересов граждан и правильному сочета­нию этих интересов с интересами всего общества, а потому запре­щал любые формы частнопредпринимательской деятельности.

Статья 105 прямо устанавливала, что имущество, находящее­ся в личной собственности граждан, не может использоваться для извлечения “нетрудовых доходов”.

С учетом сложившихся в обществе форм социалистической собственности и правомочий собственников ГК РСФСР дополнял действующее законодательство принципиальными новеллами. В частности, он:

1) закреплял собственность профсоюзных и иных обществен­ных организаций в качестве самостоятельной формы социалисти­ческой собственности и охранял ее от посягательств со стороны дру­гих органов и организаций. Согласно статье 102 ГК РСФСР, право распоряжения имуществом, составлявшим собственность профсо­юзных и иных общественных организаций, принадлежало исклю­чительно самим собственникам;

2) разграничивал право оперативного управления государ­ственным имуществом и право собственности государства на это имущество. Государство признавалось единым собственником все­го государственного имущества. Государственная организация, ко­торая имела на правах оперативного управления то или иное госу­дарственное имущество, могла владеть, пользоваться и распоря­жаться этим имуществом только в строго установленных законом пределах;

3) признавал существование межколхозных организаций и объединений, а также государственно-колхозных и государствен­но-кооперативных организаций как юридических лиц.

При этом имущество могло принадлежать на праве общей соб­ственности нескольким колхозам, государству и колхозам либо иным общественным организациям.

Раздел “Обязательственное право” преодолевал пробелы ра­нее действовавшего ГК РСФСР и устанавливал развитую систе­му обязательств, которые можно разделить на шесть групп:

1) обязательства по реализации имущества собственником: купля-продажа, мена, дарение, поставка, закупка сельскохозяй­ственной продукции у колхозов, заем;

2) обязательства по передаче имущества в пользование: иму­щественный наем, наем жилого помещения;

3) обязательства по выполнению работ: подряд, подряд на ка­питальное строительство;

4) обязательства по оказанию услуг: поручение, комиссия, хра­нение, перевозка, государственное страхование, расчетные и кре­дитные отношения;

5) совместная деятельность и конкурс;

6) обязательства, обеспечивающие восстановление нарушен­ных гражданских правоотношений: обязательства из причинения вреда, из спасания социалистического имущества, из неоснователь­ного приобретения или сбережения имущества.

ГК РСФСР предусматривал целый комплекс норматив­ных положений, направленных на защиту имущественных прав граждан, гарантированности результата, ради которо­го они вступают в конкретные отношения. В том числе:

• ограничивал случаи выселения граждан из занимаемых ими жилых помещений в административном порядке, без предоставле­ния другого жилого помещения. По общему правилу, закрепленно­му статья 331 ГК, нанимателю, выселяемому по предусмотренным законом основаниям из дома местного совета, кооперативной или общественной организации, наймодатель обязан предоставить дру­гое благоустроенное помещение;

• устанавливал имущественную ответственность государ­ственных органов за вред, причиненный неправильными служеб­ными действиями должностных лиц, органов дознания, предвари­тельного следствия и суда. Порядок применения такой ответствен­ности согласно статье 447 ГК РСФСР должен устанавливаться спе­циальным законом;

• возлагал обязанность государства возместить вред, понесен­ный гражданином при спасании социалистического имущества от угрожавшей ему опасности. Обязанность возмещения такого вреда возлагалась на организацию, имущество которой спасал потерпев­ший. При этом не имели значения мотивы, по которым потерпев­ший принимал участия в спасении имущества: действовал он в силу служебной, трудовой обязанности или по велению совести, мораль­ного долга.

В отличие от ГК РСФСР 1922 г. новый Кодекс осуществлял нор­мативно-правовое регулирование отношений, связанных с резуль­татами духовного творчества: авторское право, право на открытие и изобретательское право.

Вопреки предложениям, высказывавшимся в литературе и прессе, об отмене права наследования ГК РСФСР не только сохра­нил это право, но и значительно расширил свободу завещания. Со­гласно статье 534 ГК РСФСР, каждый гражданин мог оставить по завещанию все свое имущество или часть его любому лицу или не­скольким лицам, не входившим в круг наследников по закону, а так­же государству или отдельным государственным либо обществен­ным организациям.

В целом принятие ГК РСФСР сыграло положительную роль в развитии гражданского законодательства, содействовало развитию социалистической системы хозяйства, укреплению социалистичес­

кой собственности, повышению материальных и культурных усло­вий жизни советских граждан.

Совершенствование гражданского законодательства в рассмат­риваемый период обусловливалось поиском оптимальных путей создания хозяйственного механизма, обеспечивающего эффектив­ную деятельность народного хозяйства. Партия и государство при­знали, что “недостатки в развитии народного хозяйства в значитель­ной мере вызваны тем, что за последние годы сложилось несоот­ветствие между резко возросшими масштабами производства и дей­ствовавшими до недавнего времени методами планирования, управ­ления народным хозяйством и системой материального стимули­рования”.

Для преодоления устаревших методов управления экономикой, народным хозяйством сентябрьским (1965 г.) Пленумом ЦК КПСС было принято решение о проведении экономической реформы в стране. Задачи реформы сводились к обеспечению сочетания цент­рализованного планирования с хозяйственной инициативой пред­приятий и усилением экономического стимулирования производ­ства, развитию постоянных прямых связей между предприятия­ми-изготовителями и предприятиями-потребителями.

С учетом задач экономической реформы было принято Поло­жение о социалистическом государственном производственном предприятии, утвержденное Постановлением Совета Министров СССР 4 октября 1965 г. Положение о предприятии первоначально действовало только в отношении предприятий промышленности, строительства, транспорта и связи. Затем оно было распростране­но практически на все отрасли народного хозяйства, в том числе на научно-исследовательские и проектно-конструкторские институ­ты и театрально-зрелищные предприятия.

Положение расширяло права предприятий во всех основных сферах их хозяйственной деятельности: планировании, капи­тальном строительстве, реализации продукции и приобретении материальных ценностей, заработной платы и финансов.

Согласно Положению, вышестоящая организация утвержда­ла предприятию лишь совокупность строго определенных плано­вых показателей. Это — объем продукции, подлежащей реализа­

ции, номенклатура важнейших видов продукции, выпускаемой предприятием, объем поставок предприятию материально-техни­ческих ресурсов, распределяемых вышестоящей организацией, об­щий объем заработной платы, общая сумма прибыли, уровень рен­табельности, платежи в бюджет и ассигнования из бюджета, общий объем централизованных капитальных вложений и задания по вне­дрению новой техники. Все остальные показатели хозяйственной деятельности предприятие разрабатывало и утверждало самосто­ятельно.

Предприятию разрешалось за счет средств фонда предприятия вести строительство производственных зданий и жилых домов, пе­редавать другим предприятиям фонды или выдавать из своих ре­сурсов материалы и мелкое комплектующее оборудование для изго­товления по договорам необходимой предприятию продукции, реа­лизовывать излишние, не используемые им материалы, оборудова­ние и другие материальные ценности.

В целях усиления значения прибыли в экономическом стиму­лировании предприятий и повышения материальной заинтересо­ванности коллективов в достижении высоких производственных показателей на предприятиях образовывались фонд материаль­ного поощрения, фонд социально-культурных мероприятий и фонд развития производства. Распоряжение фондами осуществ­лял директор совместно с профсоюзной организацией и под конт­ролем всего коллектива предприятия.

Расширение инициативы и самостоятельности предприятий в значительной степени положительно сказалось на их хозяйствен­ной деятельности, обеспечило успешное выполнение восьмой пя­тилетки.

Однако реформа проводилась непоследовательно. Вновь об­разованные отраслевые министерства и другие директивные орга­ны продолжали мелочную опеку предприятий, грубо нарушали их права.

В последующем партия и государство неоднократно принима­ли дополнительные меры по расширению прав предприятий, раз­витию хозяйственного расчета и усилению экономических стиму­лов.

фективной деятельности предприятий и всего народного хозяйства СССР.

В целях преодоления негативных последствий в экономике партия и государство решились на эксперимент — максимально полное предоставление производственным объединениям (пред­приятиям) прав в планировании их хозяйственной деятельности.

Эксперимент был начат в 1984 г. в соответствии с Постановле­нием ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 14 июля 1983 г. “О до­полнительных мерах по расширению прав производственных объе­динений (предприятий) промышленности в планировании и хозяй­ственной деятельности и по усилению их ответственности за ре­зультаты работы” и проводился в течение 2 лет. Его итоги легли в основу очередной экономической реформы, проводимой уже в ус­ловиях перестройки, под руководством нового партийного лидера М. С. Горбачева.

Значительным событием в области гражданского права яви­лось принятие 24 июля 1981 г. Верховным Советом СССР Основ жилищного законодательства Союза ССР и союзных республик. На базе Основ Верховный Совет РСФСР 24 июня 1983 г. принял Жи­лищный кодекс РСФСР. Благодаря этим нормативным актам в СССР и РСФСР впервые на уровне законов получили детальное правовое регулирование отношения, связанные с реализацией од­ного из важнейших конституционных прав граждан СССР — права на жилище.

Кодекс прежде всего закреплял весьма демократичный поря­док получения гражданами РСФСР жилища бесплатно, за счет об­щественных фондов потребления, а также обеспечивал стабиль­ность отношений, связанных с использованием предоставленного жилого помещения.

Все граждане РСФСР, нуждающиеся в улучшении жилищных условий, могли беспрепятственно встать на учет по месту житель­ства в исполкоме местного Совета, а также по месту работы на пред­приятии, в учреждении или организации.

При этом Кодекс специально оговаривал, что жилые помеще­ния из государственного или общественного жилого фонда предос­тавляются гражданам, как правило, в виде отдельной квартиры на

семью. Не допускалось заселение одной комнаты лицами разного пола старше 9 лет.

Для обеспечения надежных гарантий прав граждан на зани­маемое ими жилое помещение Кодекс детально определял права и обязанности нанимателя и членов его семьи, условия сохранения жилого помещения за временно отсутствующими жильцами, усло­вия обмена и поднайма жилых помещений.

Кодекс устанавливал закрытый перечень оснований выселе­ния граждан из жилых домов государственного и общественного жилищного фонда и закреплял право на получение другого благо­устроенного жилого помещения.

Кодекс устанавливал порядок обеспечения граждан жилыми помещениями в домах жилищно-строительных кооперативов, а так­же пользование ими и жилыми помещениями в домах индивиду­ального жилищного фонда.

Гражданское процессуальное право. В процессе применения Гражданского процессуального кодекса РСФСР — ГПК РСФСР, принятого ВЦИК 7 июля 1923 г., судебная практика и юридическая наука сформулировали ряд принципиально важных положений, направленных на дальнейшее совершенствование порядка рассмот­рения и разрешения гражданских дел.

Основы гражданского судопроизводства СССР и союзных рес­публик, принятые Верховным Советом СССР 8 декабря 1961 г., ока­зали существенное влияние на процесс подготовки и принятия со­юзными республиками гражданско-процессуальных кодексов. Вер­ховный Совет РСФСР принял ГПК РСФСР 11 июня 1964 г.

ГПК РСФСР состоял из 6 разделов, 42 глав и 438 статей. Раз­делы Кодекса располагались в следующем порядке:

1. Общие положения.

2. Производство в суде первой инстанции.

3. Производство в кассационной инстанции.

4. Пересмотр решений, определений и постановлений, вступив­ших в законную силу.

5. Исполнительное производство.

6. Гражданские процессуальные права иностранных граждан и лиц без гражданства. Иски к иностранным государствам, судеб­

ные поручения и решения иностранных судов. Международные договоры.

От ранее действовавшего законодательства ГПК РСФСР 1964 г. отличался двумя особенностями:

во-первых, более детально регламентировал важнейшие воп­росы гражданского процесса, в частности содержал новые главы “Состав суда. Отводы”, “Подготовка гражданских дел к судебному разбирательству”, “Прекращение производства по делу” и др.;

во-вторых, последовательно проводил курс на дальнейшую демократизацию гражданского судопроизводства и устанавливал дополнительные гарантии правосудия по гражданским делам.

Наиболее яркими примерами нововведений в ГПК РСФСР мо­гут служить следующие положения.

ГПК РСФСР определял и закреплял порядок рассмотрения трех видов производств в гражданском процессе:

1) дел искового производства, возникающих из гражданских, семейных, трудовых и коллективных правоотношений;

2) дел, возникающих из административно-правовых отношений;

3) дел особого производства, возникающих из государственно­правовых отношений.

При этом подчеркивалось, что дела, возникающие из админи­стративно-правовых отношений, и дела особого производства рас­сматриваются по общим правилам судопроизводства за некоторы­ми отдельными изъятиями, устанавливаемыми законодательством СССР и РСФСР.

Кодекс расширял права государственных органов, обществен­ных организаций, трудовых коллективов и граждан в гражданс­ком судопроизводстве. В частности, им предоставлялось право предъявлять иски в защиту прав и интересов других лиц, прини­мать участие в рассмотрении дела. Важной гарантией активного использования этого права органами, организациями, трудовыми коллективами и гражданами служила статья 94 ГПК.

Названные субъекты, обратившиеся в суд за защитой прав и охраняемых законом интересов других лиц, освобождались от обя­занности возмещать ответчику судебные издержки полностью или пропорционально той части исковых требований, в которых истцу

было отказано. В этом случае судебные издержки ответчику воз­мещались из средств бюджета.

ГПК РСФСР прямо обязывал суды принимать активное учас­тие в предупреждении правонарушений и устранении причин и условий, способствующих их совершению.

Согласно статье 225 ГПК РСФСР, суд, рассматривая жалобу и установив факты волокиты, зажима критики, преследования за жалобу и иные нарушения законности, обязан был вынести част­ное определение и направить его вышестоящему в порядке подчи­ненности должностному лицу или органу. При этом указанное дол­жностное лицо или орган обязывались в месячный срок сообщить суду о мерах, принятых по частному определению.

Кодекс преодолевал пробелы в ранее действовавшем законода­тельстве и называл новую категорию дел, рассматриваемых в поряд­ке особого производства, — установление неправильностей в книгах записей актов гражданского состояния. Согласно статье 268 ГПК РСФСР, суды обязаны были рассматривать такие дела, если органы загса отказывались внести исправления в произведенную запись.

Статья 327 ГПК РСФСР значительно расширяла права суда при рассмотрении дел в порядке надзора, не связывала его только с до­водами протеста. В этом случае суд обязан был по имеющимся в деле и дополнительно предоставленным материалам проверить закон­ность и обоснованность решения, определения и постановления как в опротестованной, так и в не опротестованной части, а равно и в от­ношении лиц, не указанных в протесте.

Важную гарантию охраны трудовых прав граждан содержала статья 407 ГПК РСФСР. Она предоставляла суду право взыскивать с предприятия в пользу неправильно уволенного работника вознаг­раждение за вынужденный прогул в случаях, когда администра­ция предприятия не выполняла решения суда и отказывала сотруд­нику в восстановлении на работе. При этом денежный ущерб, при­чиненный работнику вследствие неисполнения решения суда, мог быть взыскан с виновного должностного лица.

ГПК РСФСР 1964 г. соответствовал задачам советского граж­данского производства тех лет и в основном обеспечивал эффектив­ную работу судов по рассмотрению и разрешению гражданских дел.

Трудовое право. Основное направление развития трудового права в рассматриваемый период сводится к отмене антиконститу­ционных норм, установивших “крепостное право” для рабочих и служащих, и закреплению демократических норм и принципов, действовавших на ранних этапах советской власти.

Указом ПВС СССР от 25 апреля 1956 г. была отменена уголов­ная ответственность за самовольный уход с предприятий и из уч­реждений и за прогул без уважительных причин. Администрация предприятия наделялась правом применять дисциплинарные взыс­кания за нарушения трудовой, производственной и технологической дисциплины. За прогул без уважительных причин администрация предприятия могла уволить работника, о чем делалась соответству­ющая запись в трудовой книжке.

Были приняты действенные меры по сокращению продолжи­тельности рабочего дня. Указом ПВС СССР от 8 марта 1956 г. для рабочих и служащих в предвыходные и предпраздничные дни ус­танавливался сокращенный рабочий день продолжительностью шесть часов.

Указом ПВС СССР от 26 мая 1956 г. для работающих юношей и девушек в возрасте от 16 до 18 лет был установлен шестичасовой рабочий день. Указом ПВС СССР от 26 марта 1956 г. продолжитель­ность отпуска по беременности и родам увеличена с 77 до 112 ка­лендарных дней.

Законом, принятым Верховным Советом СССР 7 мая 1960 г., рабочий день для всех рабочих и служащих профессий, занятых на подземных работах, устанавливался равным не более 6 часов. При этом сокращение рабочего дня предполагалось осуществить без уменьшения заработной платы.

Государство придавало большое значение и реформе заработ­ной платы. В частности, Постановлением Совета Министров СССР, ЦК КПСС и ВЦСПС от 8 сентября 1956 г. была повышена заработ­ная плата низкооплачиваемым рабочим и служащим и одновремен­но ограничены размеры заработной платы высокооплачиваемым категориям работников.

Законом, принятым Верховным Советом СССР в июле 1964 г., была повышена заработная плата работникам просвещения, здра­

воохранения, торговли, общественного питания и других отраслей сферы обслуживания в среднем на 21%. При этом был увеличен минимальный размер заработной платы для работников этих от­раслей.

Гарантируя реальность конституционного права граждан на образование, которые по тем или иным причинам сочетали работу с обучением на вечерних и заочных факультетах техникумов и ву­зов, Постановление СМ СССР от 2 июля 1959 г. предоставляло до­полнительный оплачиваемый отпуск продолжительностью от 30 до 40 календарных дней.

Право на такой отпуск приобретали обучающиеся, успешно выполнившие учебный план. Постановлением предусматривались и другие льготы: дополнительные оплачиваемые отпуска для сда­чи госэкзаменов, для подготовки и защиты дипломных проектов, свободные от работы дни для подготовки к занятиям и др.

Предоставляя новые, демократичные права работникам, совет­ское государство устанавливает и дополнительные правовые гаран­тии их реальности.

Во-первых, восстанавливается право работников предприятий и учреждений вести трудовые споры с администрацией по вопро­сам применения трудового законодательства. Согласно Положению о порядке рассмотрения трудовых споров, утвержденному Указом ПВС СССР 31 января 1957 г., на всех предприятиях, организациях, в учреждениях должны были создаваться комиссии по трудовым спорам.

Комиссия по трудовым спорам наделялась правом рассматри­вать споры по вопросам увольнения или перевода на другую рабо­ту, оплаты труда, выплаты денежной компенсации за неиспользо­ванный отпуск, удержания за материальный ущерб, причиненный предприятию работником, выплаты выходного пособия. Решения комиссии по трудовым спорам можно было обжаловать в фабрич­но-заводском, местном комитете профсоюза, а постановления пос­леднего — в народном суде.

Во-вторых, были значительно расширены права профсоюзных организаций по защите и охране трудовых прав работников. Поло­жением о правах фабричного, заводского, местного комитета проф­

союза, утвержденным Указом ПВС СССР от 15 июля 1958 г., на профсоюзные органы предприятий, организаций, учреждений воз­лагался контроль за выполнением администрацией законодатель­ства о труде, правил техники безопасности, предоставлялось пра­во заключения от имени работников коллективного договора с ад­министрацией предприятия, систематического контроля за своев­ременным выполнением предусмотренных договором мероприятий.

Положение запрещало администрации предприятий уволь­нять работников по своей инициативе без согласия фабрично-за­водского, местного комитета профсоюза.

Проведенные государством меры по расширению трудовых прав рабочих и служащих, усилению гарантированности этих прав не привели к катастрофе в промышленности и строительстве, к хро­ническому невыполнению предприятиями плановых заданий. Рав­ным образом и администрация не утратила возможности осуществ­лять управление предприятиями, трудовыми коллективами.

Нормальная работа предприятий после предоставления работ­никам ряда демократичных прав и отмены “крепостного права” убе­дительно свидетельствовало о том, что “крепостное право”, навя­занное Сталиным, не было наилучшим способом интенсификации общественного производства в условиях, по крайней мере, после­военного времени.

9 декабря 1971 г. Верховный Совет РСФСР принял новый Ко­декс законов о труде РСФСР, который воспроизводил и развивал Основы законодательства Союза ССР и союзных республик о тру­де, утвержденные Верховным Советом СССР 15 июля 1970 г.

Кодекс состоял из преамбулы, 24 глав и 256 статей. В него вош­ли многие нормы ранее действовавшего КЗоТа, которые выдержа­ли испытание временем и не утратили своего значения в новых ус­ловиях. Но было внесено немало и новых норм, направленных на повышение эффективности общественного производства, укрепле­ние трудовой и производственной дисциплины, а также охрану и защиту трудовых прав рабочих и служащих.

Трудовое законодательство было одной из немногих отраслей, которое не только закрепляло демократические права, но и содер­жало действенные гарантии их реализации в конкретных отноше­

ниях, позволяло гражданину бороться с любыми противоправны­ми решениями администрации предприятий.

Так, в целях усиления гарантированности трудовых прав ра­ботников новый КЗоТ:

1) разрешил заключать трудовой договор как в устной, так и письменной форме;

2) установил обязанность администрации предприятия объяв­лять работнику под расписку приказ о его принятии на работу;

3) признал, что фактическое допущение работника к работе рассматривается как заключение трудового договора, независи­мо от того, был оформлен прием надлежащим образом или нет;

4) закрепил перечень лиц, которым не мог устанавливаться испытательный срок по работе;

5) установил право работников обжаловать в народный суд решение администрации предприятия об освобождении от работы в случае неудовлетворительного результата испытания.

КЗоТ более точно, чем ранее действовавшее законодатель­ство, определил порядок расторжения трудового договора по ини­циативе работника. Согласно статье 31, администрация предпри­ятия не могла уволить работника ранее двухнедельного срока со дня подачи заявления об увольнении без его согласия.

В то же время по истечении двухнедельного срока админист­рация не могла задерживать расчет с работником и отказывать в выдаче трудовой книжки. В случае невыполнения администраци­ей этой обязанности работник имел право прекратить работу и об­ратиться с заявлением в народный суд.

По решению суда администрация предприятия должна была выплачивать работнику среднюю заработную плату за все время незаконного удержания трудовой книжки.

КЗоТ уточнил порядок внесения записей причин увольнения в трудовую книжку. В статье 39 специально оговаривалось, что по­добные записи должны воспроизводиться в точном соответствии с формулировками действующего законодательства и со ссылкой на соответствующую статью и пункт Кодекса.

Важную гарантию трудовых прав работников предусматрива­ла статья 49. Предоставляя работнику право по соглашению с ад­

министрацией предприятия устанавливать неполный рабочий день или неполную рабочую неделю, КЗоТ сохранял за работником в неизменном виде иные трудовые права. В частности, работник на общих основаниях получал оплачиваемый ежегодный отпуск, ис­числял трудовой стаж, получал надбавки за выслугу лет и др.

В соответствии с духом того времени, когда работники посто­янно выполняли какие-либо общественные поручения, участвуя в работе народных дружин, воспитании несовершеннолетних подро­стков и др., КЗоТ предусматривал предоставление дополнительных отпусков как поощрение за выполнение государственных или об­щественных обязанностей.

КЗоТ содержал специальные главы, посвященные регулиро­ванию труда женщин, молодежи. В отдельную главу были выделе­ны нормы, закреплявшие льготы для работников, совмещающих работу с обучением.

Последовательно проводя принцип равенства трудовых прав мужчины и женщины, КЗоТ устанавливал для женщин ряд льгот. В частности, ограничивался труд женщин в ночное время, запреща­лось привлекать беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до 2 лет, к сверхурочным работам, направлять в команди­ровки. Устанавливался дополнительный отпуск без сохранения за­работной платы матерям, имеющим детей в возрасте до 1,5 лет.

В числе льгот для работников моложе 18 лет КЗоТ предусмат­ривал сокращенный рабочий день, отпуск в летнее время продол­жительностью 1 календарный месяц, ежегодные медицинские ос­мотры и др.

Работникам, обучающимся в вечерних и заочных образова­тельных учреждениях, предоставлялись дополнительные оплачи­ваемые отпуска, бесплатный проезд к месту нахождения образова­тельного учреждения и обратно, сокращенный рабочий день.

Трудовые права работников, установленные КЗоТ, охранялись прежде всего профсоюзами, которые осуществляли надзор и конт­роль за соблюдением законодательства о труде и правил по охране труда, совместно с администрацией принимали участие в решении вопросов труда и заработной платы, заключали от имени трудово­го коллектива коллективные договоры на предприятиях.

Все конфликты работников с администрацией предприятия рассматривались комиссиями по трудовым спорам, профкомами предприятий, районными народными судами. Как показывает прак­тика тех лет, названные органы действительно стояли на страже прав работников и могли оперативно пресекать произвол админис­трации с возложением на нее обязанности восстановить работнику нарушенные права и возместить причиненный убыток.

Земельное право. В период культа личности Сталина земель­ному законодательству не уделялось должного внимания. Приня­тые ЦИК СССР 15 декабря 1928 г. Общие начала землепользования и землеустройства с отдельными изменениями и дополнениями продолжали действовать и в конце 1950-х гг. Одновременно отно­шения в области земельного права регулировались и другими нор­мативно-правовыми актами.

Их множественность и определенная противоречивость созда­вали значительные затруднения в процессе правоприменительной деятельности, в определении совокупности норм, подлежащих при­менению в каждом конкретном случае.

В целях учета наличия земли, распределения ее по угодьям и землепользователям Постановлением СМ СССР от 16 марта 1954 г. “О едином государственном учете земельного фонда СССР” были введены обязательный государственный учет земли, а также госу­дарственная регистрация землепользователей по единой общесо­юзной системе.

Учету подлежали все земли, которые находились в пользова­нии колхозов, совхозов, городов и поселков, иных субъектов, а так­же земли лесного фонда. Предлагалось учитывать общий размер земли, закрепление ее за землепользователем и ее фактическое использование.

Руководство учетом земель, регистрацией землепользовате­лей, а также контроль за правильностью использования земель воз­лагались на Министерство сельского хозяйства СССР.

Непосредственное ведение учета земель и регистрацию зем­лепользователей осуществляли Советы Министров союзных рес­публик, краевые, областные, городские и районные исполкомы Со­ветов депутатов трудящихся. Необходимость такого учета и регис­

трации была вызвана большими землеустроительными работами, проводимыми в этот период в связи с укрупнением колхозов и ос­воением целинных и залежных земель.

27 октября 1960 г. Верховный Совет РСФСР принял Закон об охране природы. Это был первый законодательный акт, предметом которого выступали такие специфические отношения, как охрана окружающей природной среды.

Закон был своевременным и важным. В РСФСР, как и во всем СССР, широкое распространение получили факты нерадивого, не­рационального использования земли, сырьевых ресурсов, загряз­нения водоемов, а также атмосферного воздуха вредными для здо­ровья человека и природы веществами, отходами промышленного производства, повсеместно усилилось браконьерство.

Документ закреплял действенные мероприятия по рациональ­ному использованию природных ресурсов, обеспечению сохранно­сти природы для нынешнего населения и будущих поколений. В их числе предлагалось осуществлять мероприятия по восстановлению плодородия почв, организации заповедников и заказников, внедре­нию технологических процессов, не допускающих загрязнения вод и атмосферы, и др.

Закон призывал общественные организации и граждан России активно включиться в дело охраны природы. Руководство всей рабо­той в области охраны природы возлагалось на общественную органи­зацию — Российское общество охраны природы.

Закон имел и существенные недостатки. Прежде всего в нем отсутствовал действенный механизм реализации, норм и меропри­ятий по охране природы. Отсутствовали даже санкции к правона­рушителям законодательства об охране природы. И все же доку­мент сыграл заметную роль в развитии экологического законода­тельства, положил начало формированию новой отрасли советско­го права — экологического права.

Новый этап в развитии земельных отношений связывается с принятием 13 декабря 1968 г. Верховным Советом СССР Основ зе­мельного законодательства Союза ССР и союзных республик. В со­ответствии с Основами Верховный Совет РСФСР 1 июля 1970 г. при­нял Земельный кодекс РСФСР. Новое законодательство восприни­

мало многие эффективно действующие нормы прежнего законода­тельства и содержало ряд новелл, призванных обеспечить рацио­нальное использование земель и их охрану.

Согласно новому Кодексу, единый государственный земель­ный фонд состоял из шести категорий земель:

1) земли сельскохозяйственного назначения;

2) земли населенных пунктов;

3) земли промышленности, транспорта, курортов, заповедни­ков и иного несельскохозяйственного назначения;

4) земли государственного лесного фонда;

5) земли государственного водного фонда;

6) земли государственного запаса.

Как и прежде, земля предоставлялась колхозам, совхозам, дру­гим предприятиям, организациям и гражданам СССР в бесплатное пользование на срок до 10 лет или бессрочно.

Кодекс устанавливал для каждой категории земель особый порядок их предоставления в пользование, реализации права зем­лепользования и правовой охраны земли.

Земельные участки предоставлялись в пользование решени­ем Советов Министров союзной республики, Советов Министров автономных республик либо исполкомами местных Советов. Зем­лепользователю, как правило, гарантировалась стабильность зе­мельных правоотношений. Никто не мог препятствовать ему пользо­ваться землей при условии соблюдения установленных законом обязанностей.

В качестве обязательных условий землепользования Кодекс называл пользование земельным участком в тех целях, для кото­рых он был предоставлен. Кроме того, землепользователь должен был проводить эффективные меры по повышению плодородия почв, предотвращению их ветровой и водной эрозии, не допускать засо­ления, заболачивания, загрязнения земель и засорения их сорня­ками. Не освоение участка в течение двух лет подряд либо исполь­зование его не в соответствии с целевым назначением влекло за со­бой прекращение земельных правоотношений.

Кодекс допускал возможность изъятия земельного участка и у добросовестных пользователей, выполняющих все возложенные

на них обязанности. Решение об изъятии принималось теми же орга­нами, которые предоставляли эти участки в пользование.

При этом землепользователь был лишен возможности отстаи­вать свои права, поскольку все земельные споры рассматривались и разрешались органами государственного управления. Суды рас­сматривали только споры между совладельцами индивидуальных строений на землях городов, иных населенных пунктов.

Тем самым землепользователь никогда не был уверен в том, что предоставленный ему участок не будет изъят для каких-либо государственных или общественных нужд, признаваемых приори­тетными перед частным интересом гражданина, иного лица.

Большое внимание в Кодексе уделялось вопросам землеполь­зования граждан. Советское государство предоставляло жителям городов и сел земельные участки для двух целей: получения сельс­кохозяйственной продукции и индивидуального жилищного стро­ительства.

Использование гражданами приусадебных участков, земель для садоводства и огородничества должно было носить подсобный характер и не могло служить основным источником дохода. Равным образом земельные участки могли использоваться только с приме­нением личного труда самих рабочих и колхозников, членов их се­мей. Ни о каком найме работников в этот период не могло идти и речи.

Кодекс устанавливал порядок предоставления земли для крес­тьян-единоличников, не пожелавших вступить в колхоз или вышед­ших из него. К этой категории населения Советское государство от­носилось уже более спокойно, чем в 1930-е гг. Конституция СССР 1977 г. допускала индивидуальную трудовую деятельность в сфере сельского хозяйства. В РСФСР крестьянскому двору предоставля­лось до 0,20 га под приусадебный участок и до 1 га земли под поле­водство. Участок рекомендовалось отводить в конце колхозных по­лей, чтобы не создавать неудобств в колхозном землепользовании.

Таким образом, Земельный кодекс РСФСР последовательно проводил социалистические принципы землепользования, исклю­чал возможность возникновения каких-либо нежелательных для социализма предпринимательских отношений, извлечения земле­

пользователем нетрудового дохода из предоставленного земельно­го участка.

Колхозное право. В 1953-1964 гг. предпринимаются попытки вывести сельское хозяйство из кризисного состояния, улучшить хозяйственную деятельность колхозов и обеспечить страну необ­ходимыми продуктами питания.

В этих целях государство расширяет права колхозов в облас­ти планирования колхозного производства, усиливает их матери­альную заинтересованность в производстве сельскохозяйственных продуктов, расширяет внутрихозяйственную демократию и суще­ственно снижает сельскохозяйственный налог с колхозников и иных жителей села.

Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 9 марта 1955 г. “Об изменении практики планирования сельского хозяйства” был су­щественно изменен прежний порядок планирования деятельности колхозов. Ранее колхозы были лишены возможности определять основные параметры своей деятельности. За них это решал райис­полком, который определял каждому колхозу, сколько нужно по­сеять пшеницы, ржи, овса и т. д.

Согласно новому порядку, райисполкомы доводили до колхо­зов лишь плановые задания по объему заготовок сельхозпродук­ции. Количество же площадей, отводимых под конкретные сельс­кохозяйственные культуры, показатели развития животноводства колхозы определяли самостоятельно.

Однако на деле это постановление исполнялось плохо. Испол­комы местных Советов не могли отказаться от прежней практики волевого давления на колхозы и жесткого регулирования их хозяй­ственной деятельности. В связи с этим партия и правительство вы­нуждены были вновь вернуться к проблемам планирования дея­тельности колхозов.

20 марта 1964 г. ЦК КПСС и СМ СССР приняли Постановление “О фактах грубых нарушений и извращений в практике планирова­ния колхозного и совхозного производства”. Советским и сельскохо­зяйственным органам предписывалось неукоснительно выполнять действующий порядок планирования сельхозпродукции и не допус­кать нарушений прав колхозов и совхозов.

Новый этап на пути укрепления хозяйственной самостоятель­ности колхозов связывается с Законом “О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций”, принятым Верховным Советом СССР 31 марта 1958 г.

Закон предоставлял колхозам право иметь собственную сель­скохозяйственную технику: тракторы, комбайны, самостоятельно, без МТС, обрабатывать принадлежащие им земли, проводить иные сельскохозяйственные работы.

Коренное изменение порядка взаимоотношений колхозов и МТС сделало невозможным и существование их прежних взаимо­отношений с государством по поводу поставок сельхозпродукции.

Колхозы освобождались от обязательных поставок государству своей продукции и отчислений натуроплаты МТС. Начиная с 1958 г. государственные заготовки сельхозпродукции стали проводиться в виде государственных закупок. Государство закупало у колхозов сельхозпродукцию по новым ценам, превышавшим ее себестои­мость. Это позволило значительно укрепить материальную базу колхозов.

В этот же период вводятся и новые, более прогрессивные фор­мы оплаты труда колхозников. Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 6 марта 1956 г. рекомендуется колхозам практиковать выдачу ежемесячных авансов членам колхозов с учетом их произ­водственной деятельности за соответствующий период. Колхозни­ки могли иметь необходимые денежные средства постоянно в тече­ние всего года.

Устав сельскохозяйственной артели 1935 г. не отражал всех изменений в деятельности колхозов, произошедших за последние годы. Поэтому Постановлением ЦК КПСС и СМ СССР от 6 марта 1956 г. колхозам предоставлялось право менять и дополнять поло­жения устава с учетом местных условий колхоза, его материально­го положения и осуществляемой хозяйственной деятельности.

Колхозы получили право определять размеры обязательного минимума трудодней для колхозников, устанавливать размеры приусадебных участков колхозных дворов, численность крупного рогатого скота, птицы, находящихся в личной собственности кол­хозников, порядок принятия в члены колхоза и исключения из него.

Постановление специально оговаривало, что вносимые в устав сельскохозяйственной артели изменения не должны противоречить его основным принципам: добровольности объединения, неделимо­сти земельного массива артели, сочетания общественных и личных интересов колхозников и др.

В рассматриваемый период была ликвидирована еще одна дис­криминационная мера в отношении колхозников. Ранее колхозы не охватывались социальным страхованием, а колхозники не получа­ли государственных пенсий по старости, инвалидности и пособий по случаю потери кормильца.

Это привело к тому, что колхозники, отработавшие длитель­ный период в колхозе, не имели надлежащей материальной помо­щи в старости, что ставило их в неравное положение с рабочими и служащими. 15 июля 1964 г. Верховный Совет СССР принял закон о пенсиях и пособиях членам колхозов.

Согласно закону правовой статус пенсионера-колхозника зна­чительно отличался от положения пенсионера-рабочего. Прежде всего для колхозников устанавливался более высокий возрастной ценз. Пенсии мужчинам назначались по достижении ими возраста 65 лет, а женщинам — 60 лет. В то же время размеры пенсий были значительно ниже, нежели у рабочих и служащих. И тем не менее установление пенсий колхозникам явилось важной социальной ме­рой советского государства, существенно укрепившей материаль­ное положение значительной части жителей села.

На сферу колхозного строительства были распространены и некоторые частичные меры по демократизации советского обще­ства, предпринятые партией и государством в 1970-е гг. Третий Всесоюзный съезд колхозников в ноябре 1969 г. принял новый При­мерный устав колхоза, который ЦК КПСС и Совет Министров СССР утвердили совместным постановлением 28 ноября 1969 г.

Существенные изменения в Примерный устав были внесены в марте 1980 г. Всесоюзным собранием представителей советов колхо­зов. 10 июля 1980 г. ЦК КПСС и Совет Министров СССР внесли соот­ветствующие коррективы в Примерный устав 1969 г.

Основные направления, совершенствования правового положе­ния и деятельности колхозов в этот период сводились:

1) к созданию общественных органов, способных формировать и выражать общие интересы колхозов и их членов;

2) к постепенному сближению законодательства о колхозах с законодательством, регламентирующим деятельность совхозов;

3) к сближению правового регулирования коллективного тру­да колхозников с трудовым законодательством о рабочих и слу­жащих.

Третий всесоюзный съезд колхозников избрал Союзный совет колхозов для дальнейшего развития колхозной демократии, кол­лективного обсуждения наиболее важных вопросов жизни и дея­тельности колхозов и выработки соответствующих рекомендаций как колхозам, так и компетентным государственным органам.

В числе наиболее значимых решений, принятых Союзным со­ветом колхозов, можно отметить Примерные правила внутреннего распорядка колхозов, Положение о порядке назначения и выплаты колхозникам пособий по временной нетрудоспособности, принятое совместно с ВЦСПС.

Советы колхозов были созданы в РСФСР во всех краях, облас­тях, районах. Однако, находясь под жестким контролем партийных органов, они не могли в полной мере реализовать свои задачи и про­водили мероприятия, которые больше устраивали партийные орга­ны, нежели колхозы и их членов.

Действовавшим законодательством колхозы признавались со­циалистическим сельскохозяйственным предприятием и наделя­лись всеми правами юридического лица, могли иметь в собственно­сти средства производства: тракторы, комбайны, автомашины, иное имущество, необходимое для выполнения уставных задач.

Колхозы самостоятельно разрабатывали пятилетний и годо­вые планы развития своего хозяйства. Одним из необходимых ус­ловий этих планов было обязательное выполнение государствен­ных плановых заданий по закупкам сельхозпродукции.

Таким образом, и в период наивысшей колхозной демократии колхозы не были полностью самостоятельными в своей хозяйствен­ной деятельности и должны были, подчинив свои интересы интере­сам государства, исходить из его потребностей в соответствующей сельскохозяйственной продукции.

Колхозы нередко срывали плановые задания по закупкам, вы­нуждая государство закупать наиболее важные виды сельхозпро­дукции за рубежом. Тем не менее, практика государственного вме­шательства в хозяйственную деятельность не ставилась под сомне­ние, рассматривалась как важное и необходимое условие вовлече­ния колхозов в общее дело по укреплению и развитию социализма.

Более широкие права предоставлялись колхозам по распоря­жению полученными доходами. В частности, они могли иметь ос­новные и оборотные фонды, создавать фонды социального обеспе­чения, социального страхования, материальной помощи колхозни­кам и для других целей. Колхозам также разрешалось часть про­дукции реализовывать через систему потребительской кооперации или на колхозных рынках.

Для максимально полного сближения прав колхозников в сфе­ре общественного труда с правами рабочих и служащих Пример­ный устав колхоза предусматривал предоставление всем членам колхоза выходных дней еженедельно, а в случае производствен­ной необходимости — с перенесением их на более свободное время.

Колхозникам, добросовестно работающим в общественном хо­зяйстве, предоставлялось право на ежегодный оплачиваемый от­пуск, который в начале 1980 г. был установлен на уровне минималь­ного отпуска рабочих и служащих.

Постановлением ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 16 мая 1966 г. было рекомендовано колхозам ввести гарантированную оп­лату труда колхозников, исходя из тарифных ставок соответству­ющих категорий работников совхозов.

Основной заработок колхозников рекомендовалось выплачи­вать в денежной форме и ежемесячно. Натуральная форма оплаты за труд сохранялась, но носила дополнительный, вспомогательный характер.

В рассматриваемый период предпринимались попытки устра­нить дискриминацию колхозников по вопросам социального обес­печения, приблизить их правовой статус в этой сфере к правам ра­бочих и служащих.

Так, в соответствии с Указом ПВС СССР от 3 июня 1971 г. на колхозников был распространен порядок исчисления пенсий, уста­

новленный для рабочих и служащих. Принятым Верховным Сове­том СССР 6 июля 1978 г. Законом “О дальнейшем улучшении пен­сионного обеспечения колхозников” были повышены минимальные размеры пенсий по старости, инвалидности, по случаю потери кор­мильца.

В рассматриваемый период сохранялись и некоторые нормы законодательства сталинского периода, в частности обязанность колхозников отрабатывать минимум трудового участия в обще­ственном производстве. Минимум устанавливался непосредствен­но колхозами, но партия и государство предписывали устанавли­вать его таким образом, чтобы колхозники были заняты в обще­ственном производстве постоянно в течение года.

Уголовное право. Работа по пересмотру уголовного законо­дательства началась фактически сразу же после смерти Стали­на. Прежде всего были отменены указы ПВС СССР, которыми вводилась уголовная ответственность за административные, дис­циплинарные проступки либо вовсе юридически безразличные действия. В частности, отменялась уголовная ответственность беременных женщин за производство аборта, граждан за само­вольный проезд в товарных поездах (Указ ПВС СССР от 11 мар­та 1955 г.), самовольный уход с предприятий и из учреждений, прогул без уважительной причины (Указ ПВС СССР от 25 апре­ля 1956 г.) и др.

25 декабря 1958 г. Верховный Совет СССР принял Основы уго­ловного законодательства Союза СССР и союзных республик, а так­же законы “Об уголовной ответственности за государственные пре­ступления” и “Об уголовной ответственности за воинские преступ­ления”.

Основы закрепили принципиально новый подход советского государства к проблемам уголовной ответственности, который вы­разился в демократизации и гуманизации норм уголовного права и существенном смягчении уголовного наказания.

В соответствии с Основами и законами, установившими уго­ловную ответственность за государственные и воинские преступ­ления, Верховный Совет РСФСР 27 октября 1960 г. принял Уголов­ный кодекс РСФСР.

Вновь принятый УК РСФСР состоял из двух частей: Общей и Особенной, 18 глав и 259 статей.

Общая часть подразделялась на следующие главы:

1. Общие положения.

2. Пределы действия Уголовного кодекса.

3. О преступлении.

4. О наказании.

5. О назначении наказания и об освобождении от наказания.

6. О принудительных мерах медицинского и воспитательного характера.

Особенная часть подразделялась на 12 глав:

1. Государственные преступления.

2. Преступления против социалистической собственности.

3. Преступления против жизни, здоровья, свободы и достоин­ства личности.

4. Преступления против политических и трудовых прав граждан.

5. Преступления против личной собственности граждан.

6. Хозяйственные преступления.

7. Должностные преступления.

8. Преступления против правосудия.

9. Преступления против порядка управления.

10. Преступления против общественной безопасности, обще­ственного порядка и здоровья населения.

11. Преступления, составляющие пережитки местных обычаев.

12. Воинские преступления.

Ученые-юристы и законотворческие органы Союза ССР и РСФСР были единодушны в том, что в советском уголовном праве нельзя больше сохранять принятые в годы культа личности Стали­на такие “средневековые” нормы и принципы, как аналогия уголов­ного закона, ответственность за преступления, совершенные дру­гими лицами, по мотивам социальной опасности лица, за мысли, не объективированные в конкретных действиях.

Была очевидной и антигуманность норм, устанавливавших жестокие репрессии за незначительные противоправные деяния вроде кражи нескольких килограммов зерна, уголовной ответствен­ности детей с 12-летнего возраста и др.

В числе наиболее важных новелл Основ уголовного законода­тельства и УК РСФСР можно назвать следующие.

Основы и УК РСФСР отменяли аналогию в уголовном праве. Преступлением признавалось лишь общественно опасное деяние, прямо предусмотренное уголовным законом, действовавшим в мо­мент совершения преступления. Необходимым условием привлече­ния к уголовной ответственности является наличие общественной опасности в противоправных действиях лица.

Согласно ч. 2 ст. 7 УК РСФСР, не является преступлением дей­ствие или бездействие, формально содержащее признаки преступ­ления, но в силу малозначительности не представляющее обще­ственной опасности.

Это означало, что перестали считаться преступлениями сбор колосков, других сельхозпродуктов с убранных колхозных полей, мелкое хищение государственного и общественного имущества, перепродажа товаров с целью наживы в несколько рублей.

Более гуманным стало и уголовное наказание. Была расши­рена сфера применения исправительно-воспитательных мер, в том числе условного осуждения лиц, совершивших преступление впервые, передачи условно осужденных на поруки трудовых кол­лективов.

Существенные изменения претерпела и система видов нака­зания. Законодатель счел нецелесообразным применять к осужден­ным такие меры, как объявление врагом народа с лишением граж­данства СССР, изгнанием из пределов СССР навсегда, на опреде­ленный срок, лишение избирательных прав.

Был снижен и максимальный срок лишения свободы, Основы и УК РСФСР ограничивали его 10 годами. И лишь за особо тяжкие преступления и для опасных рецидивистов максимальный срок лишения свободы устанавливался в 15 лет.

Как и ранее действовавшее законодательство. Основы предус­матривали смертную казнь (расстрел), но круг преступлений, за которые могла быть применена высшая мера, значительно сужал­ся. Новый закон допускал применение расстрела лишь за особо опас­ные государственные преступления и убийство при отягчающих обстоятельствах. Правда, в Основах содержалась оговорка, что в

военное время или в боевой обстановке исключительная мера мо­жет применяться и за другие преступления.

Была отменена практика применения расстрела к несовершен­нолетним и беременным женщинам. Запрещалось применение ис­ключительной меры наказания в отношении лиц, не достигших 18-летнего возраста в момент совершения преступления, а также женщин, находившихся в состоянии беременности во время совер­шения преступления либо к моменту вынесения или исполнения приговора.

Основы и УК РСФСР отменяли недемократические нормы, ус­танавливающие уголовную ответственность граждан с 12 лет. По новому закону уголовной ответственности подлежали лица, кото­рым до совершения преступления исполнилось 16 лет. Лишь по не­значительному кругу преступлений устанавливалась уголовная ответственность с 14 лет.

При этом суд наделялся правом применять принудительные меры воспитательного характера — объявление выговора или стро­гого выговора, передачу несовершеннолетнего под строгий надзор родителей, под наблюдение трудового коллектива, если находил, что совершеннолетние преступники исправятся без применения уголовно-правовых мер.

Определенные изменения были внесены и в законодательство о государственных преступлениях. Новым законодательством была устранена уголовная ответственность за распространение или из­готовление антисоветской литературы без цели подрыва или ослаб­ления советской власти.

Были признаны утратившими общественную опасность и такие деяния, как контрреволюционный саботаж и активная борьба про­тив рабочего класса и революционного движения, проявленные на ответственной должности при царском строе или на службе у контр­революционного правительства в период Гражданской войны.

Под страхом уголовного наказания УК РСФСР запретил дея­ния, которые представляли действительную общественную опас­ность для общества в конце 1950-х — начале 1960-х гг. Тем самым представилось возможным значительно сузить сферу уголовной репрессии и ориентировать правоохранительные органы на борьбу

с наиболее опасными деяниями, а не отвлекать их внимание и силы на принятие уголовных мер к лицам, совершающим администра­тивные или дисциплинарные проступки.

Уголовно-процессуальное право. Первым шагом на пути при­ведения уголовно-процессуального законодательства периода куль­та личности Сталина в соответствие с новым курсом на демократи­зацию общества, укрепление законности и правопорядка была от­мена упрощенного порядка рассмотрения уголовных дел о терро­ристических актах, вредительстве, диверсиях.

Указ ПВС СССР от 19 апреля 1956 г. отменил постановления ЦИК СССР от 1 декабря 1934 г. и от 14 сентября 1937 г., которыми устанавливался подобный порядок, повлекший за собой многочис­ленные нарушения законности и прав граждан.

25 декабря 1958 г. Верховный Совет СССР утвердил Основы уголовного судопроизводства Союза ССР и союзных республик и тем самым создал основу для подготовки и принятия уголовно-про­цессуальных кодексов союзными республиками. Верховный Совет РСФСР принял Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР 27 октяб­ря 1960 г.

Новый кодекс состоял из восьми разделов:

1. Общие положения.

2. Возбуждение уголовного дела, дознание и предварительное следствие.

3. Производство в суде первой инстанции.

4. Производство в кассационной инстанции.

5. Исполнение договора.

6. Пересмотр приговоров, определений, вступивших в закон­ную силу.

7. Производство по делам несовершеннолетних.

8. Производство по применению принудительных мер меди­цинского характера.

УПК РСФСР в своих 33 главах и 413 статьях решительно отказывался от устаревших, реакционных норм уголовно-про­цессуального законодательства и устанавливал новые, дополни­тельные гарантии неприкосновенности личности, призванные ог­раждать ее от произвола должностных лиц на стадии предваритель­

ного следствия и дознания и незаконного судебного преследования. Одновременно закреплялись новые, более совершенные способы установления истины по делу и вынесения обоснованного и спра­ведливого решения.

В числе новых, дополнительных процессуальных гарантий неприкосновенности личности Основы и УПК РСФСР закреп­ЛяЛи> :

• принцип осуществления правосудия только судом. Все иные органы государства ни при каких условиях и обстоятельствах не могли принимать решений о признании лиц виновными в соверше­нии преступлений и подвергать их уголовному наказанию. Един­ственно законным актом, на основании которого гражданин мог быть признан преступником, является судебный приговор;

• обязанность суда, прокуратуры, следствия и органов дозна­ния производить всестороннее, полное и объективное исследование обстоятельств дела, предоставлять обвиняемым фактическую воз­можность реализовывать свое право на защиту. Запрещалось пе­рекладывать обязанность доказывать невиновность на самого об­виняемого;

• предписывалось выносить оправдательный приговор в слу­чае недоказанности виновности подсудимого.

УПК РСФСР впервые легализует процессуальное положение подозреваемого, т. е. лица, задержанного по подозрению в совер­шении преступления. Ранее такие лица допрашивались в качестве свидетелей и должны были под угрозой ответственности за дачу ложных показаний свидетельствовать против себя, рассказывать все, что им известно о преступлении.

Ясно, что в условиях демократизации уголовного судопроиз­водства такое положение свидетеля-подозреваемого не могло ос­таваться в неизменном виде. Поэтому показания подозреваемого совершенно справедливо были названы в качестве самостоятель­ного способа установления доказательств.

УПК РСФСР усиливал гарантии права граждан на неприкос­новенность жилища. Статья 168 устанавливала новый порядок про­изводства обысков. За исключением случаев, не терпящих отлага­тельств, обыски должны были проводиться только с санкции про­

курора. В таком же порядке решался вопрос о производстве выем­ки и заключении под стражу.

Законодатель отказался от ранее действовавших норм, разре­шивших суду первой инстанции основывать приговор на материа­лах, добытых органами следствия и дознания, но не исследованных непосредственно в суде. Статья 240 УПК РСФСР обязывала суд пер­вой инстанции непосредственно исследовать все доказательства по делу: допросить обвиняемого, потерпевшего, свидетелей, заслушать заключения экспертов, осмотреть вещественные доказательства и др. И только на основе этих доказательств суд мог выносить приго­вор.

УПК РСФСР ограничил пределы судебного разбирательства. Прежнее законодательство разрешало суду вносить необходимые изменения в первоначальную формулировку обвинения, если эти изменения не влекли за собой применение более суровой меры на­казания.

Фактически это приводило к тому, что по всем делам, где пре­дусматривалась высшая мера наказания — расстрел, — суд мог обвинять подсудимых в самых тяжких преступлениях, не инкри­минированных предварительным следствием, и выносить по ним обвинительный приговор. Таким образом нарушалось право обви­няемых на защиту.

Согласно статье 254 УПК РСФСР, в судебном заседании обви­нительное заключение может меняться лишь при условии, что этим не ухудшится положение подсудимого и не нарушится его право на защиту. В случаях, когда идет речь об изменении обвинения на более тяжкое или существенно отличающееся по фактическим обстоятель­ствам от обвинения, по которому подсудимый предан суду, дело под­лежит направлению на дополнительное расследование. И обвиняе­мому должна быть предоставлена возможность защищаться от но­вого обвинения со стадии предварительного следствия или дознания.

УПК РСФСР расширил возможность участия общественнос­ти в уголовном процессе. Был восстановлен существовавший ранее институт общественных обвинителей и общественных защитников.

Впервые законодательство закрепило право общественных организаций и трудовых коллективов ходатайствовать перед су­

дом о применении виновному лицу условного осуждения и право суда удовлетворять такого рода ходатайства, передав осужденно­го этим организациям, коллективам для перевоспитания и исправ­ления.

Все эти и другие новеллы уголовного судопроизводства демок­ратизировали процессуальное положение обвиняемого, дали ему дополнительные и действенные средства борьбы с необоснованным привлечение к уголовной ответственности и нарушениями закон­ности в деятельности следствия и суда. Активная роль подсудимо­го в процессе безусловно сказалась и на качестве приговоров.

По вступлении УПК РСФСР в действие случаи незаконного осуждения перестали носить массовый характер, хотя и не были изжиты полностью.

В целом же новое уголовно-процессуальное законодательство сыграло важную роль в укреплении законности и правопорядка в стране, преодолении последствий массовых репрессий в период культа личности Сталина.

14.