Диалогические жанры

В сфере нефатического (целеориентированного) общения диалогического типа^{[72] [73] [74] можно выделить информативные жанры — микродиалоги вопросно- ответного типа, разговор на актуальные темы, разговор-обсуждение, спор; пре скриптивный жанр — просъбаД апеллятивные жанры — замеча­ние11, упрек, жалоба-2, угроза[75], ссора12 и нек.}

Наиболее «объемными» жанрами диалогического коммуникативного взаимо­действия являются разговор и беседа. Для жанровой дифференциации разговора и беседы релевантны, на наш взгляд, следующие семантические различия слов бесе­да и разговор, выделяемые И.Б. Левонтиной: длина и темп (беседа не должна быть слишком краткой и торопливой); характер отношений между ПК (при беседе от­мечается тенденция к уравниванию ролей); характер «смысловых акцентов», т. е. цели коммуникации (главное в разговоре — содержание общения, в беседе главное — само общение) [НОСС, с. 315 и сл.]. Таким образом, параметр «коммуникатив­ные намерения ПК» разводит данные жанры по разным сферам общения — фати- ческого/нефатического.

В разговоре-обсуждении иллокутивной целью ПК является обмен информаци­ей или мнениями для достижения договоренности о ком-либо или чем-либо. При обсуждении важна установка на кооперативность общения. В условиях непринуж­денного общения предметом обсуждения могут быть как проблемы, связанные с духовной и социальной сферой жизни человека и общества, так и повседневная жизнь семьи. Обсуждение бытовых вопросов нередко реализуется в малой форме. Ср.: А. Как ты думаешь/ зонтик брать надо? Б. Да возьми на всякий случай/ хотя дождя вроде не обещали// А. Да/ пожалуй возьму//; А. Кто сёдня Катьку из садика заберёт? Б. Я сёдня не могу// Мне к отцу надо заехать// А. Ладно// Тада я//; А. Ну как мы сегодня договоримся? Б. Ну давай в пять// А. Давай в пять// На «Маяковке»/ в середине платформы// Б.

Разные типы конфронтационного взаимодействия получают воплоще­ние в жанрах спора или ссоры.

В ситуации спора^{[76] [77] иллокутивной целью каждого из ПК является доказательст­во своей правоты, отстаивание собственного мнения, обращение адресата «в свою веру». Итогом спора может быть либо «победа» одного из собеседников и согласие адресата с доводами партнера (ср. ну ладно, убедил; да, ты права и т. и.), либо «боевая ничья», т. е. каждый из собеседников остался при своем мнении (ср. ты меня не убедил, тебя не переспоришь). Спор может быть пресечен по обоюдному согласию ПК с целью мирного выхода из ситуации, т. е. блокируется возможный переход спора в ссору. Ср.: Ну ладно/ давай прекратим/ пока не поссорились//. Возможно также пресечение спора («пререкания») по воле «хозяина ситуации» (при неравенстве ролевых статусов ПК или в случае более высокой компетентно­сти одного из собеседников в предмете спора). Ср.: (ребенку) Ну ладно/ хватит пререкаться// Садись и делай уроки//; Ну что ты со мной споришь! Я же в этом лучше тебя разбираюсь//.}

Следует заметить, что предметом спора в повседневном общении могут быть не только интеллектуальные, но и бытовые темы. Спор на бытовые темы (разного ро­да «пререкания») нередко возникает как реакция на отказ адресата сделать что- либо, т. е. спор следует за невыполненной прескрипцией. Ср.: (разговор с ребен­ком) А. Одень шапку! Б. Не буду// На улице тепло// А. Это щас тепло// Кому гово-

рят! Не спорь//. В подобных случаях возможно возникновение жанровой цепочки: прескрипция (просьба, распоряжение и т. и.) — спор — прескрипция. Повторная прескрипция обычно реализуется в форме более категоричных жанров (приказ, запрет). Ср.: (разговор с дочерью} А. Тань/ вынеси мусор пожалуйста// Б. Не могу/ я устала// А. А я не устала? Я же с работы// Б. Ну ма-а-м/ потом// А. Ведро же пол­ное// Давай без разговоров// Ну-ка быстро! Конфликтное взаимодействие в рамках бытовых ситуаций часто реализуется в малой форме.

В отличие от спора, ссора отражает ситуацию конфликтного взаимодействия, результатом которого может явиться изменение межличностных отношений ПК, ср. клише они в ссоре, т. е. не общаются, не поддерживают отношений. Жанр ссоры характеризуется обязательным присутствием «эмотивного компонента». Речевое поведение говорящих носит инвективный характер. Ссора просодически маркиру­ется повышенной громкостью. Ср. показательный диалог: А. (услышав громкий разговор из соседней комнаты} Они что/ ссорятся? Б. Нет/ просто громко разгова­ривают//. Заметим, что в повседневной домашней коммуникации эмоциональное конфликтное взаимодействие (перепалки, перебранки) может не приводить к из­менению межличностных отношений. Присутствие и доля подобных жанров в «речевом мире» семьи во многом определяется внутрисемейными нормами рече­вого поведения. Подобные разновидности жанра ссоры обычно характеризуются монотематичностью и реализуются в «малой форме». (Речевые стратегии кон­фликтного поведения в различных бытовых ситуациях рассматриваются в [Федо­сюк 1993, Седов 1996, Седов 1997].)

В апеллятивном жанре жалобы-2 говорящий сообщает адресату, что с ним (или объектом его личной сферы) случилось нечто плохое. Иллокутивная цель говорящего состоит в том, чтобы получить помощь от адресата. Необходимым ус­ловием успешности жалобы-2 является наличие у адресата возможности оказать помощь. Жалоба-2 предполагает две возможные реакции со стороны адресата (да/нет). «Да»-реакция (признание правомерности жалобы) реализуется либо в форме действия, либо в форме обещания «принять меры». Отказ действовать («нет»-реакция) может получать различную мотивировку: отрицательная оценка самого факта жалобы и действий говорящего с морально-этической точки зрения (Жаловаться нехорошо; Не будь ябедой!}, нежелание вмешиваться (Разбирайтесь сами!}. «Смягченной» формой отказа является перевод адресатом жалобы-2 в жа­лобу-1. Средством такого переключения является реакция сочувствия, типичная для жалобы-1 (Ну не расстраивайся, не обращай внимания}.

Угроза содержит обещание говорящего сделать нечто плохое адресату с целью заставить его действовать в соответствии с указаниями говорящего. Угроза может быть обращена как к прошлым, так и будущим поступкам адресата (в том числе и в рамках происходящего КА). Со стороны адресата возможны две реакции. Если ил­локутивная цель достигнута, адресат соглашается на условия говорящего (ср. в детской речи стереотипную ответную реакцию — просьбу о прощении — в ответ на угрозу наказания: Мамочка, прости, я больше не буду}. Если не достигну­та — следует отказ адресата подчиниться условиям говорящего (Меня твои уг­розы не пугают}. В условиях домашнего общения жанр угрозы может реализо­ваться в ситуации ссоры (как один из аргументов), в разговорах с детьми как «вос­питательная мера». Угроза часто соседствует с жанрами приказа или запрета, сле-

дуя за ними. Ср.: (плачущему ребенку} Замолчи сейчас же! Если ты сейчас же не замолчишь/ я не куплю тебе мороженое!

К фатическим диалогам относятся: беседа, сплетня, этикетные жанры — приветствие, прощание, извинение, благодарность, комплимент, приглашение, угощение и др.

Многие из названных жанров неоднократно были предметом обсуждения. Так, семейная беседа как жанр повседневного речевого общения исследуется в [Рытни­кова 1997]. Особенности русского речевого этикета описаны во многих работах (главным образом в пособиях по русскому языку для иностранцев). Кроме того, в работах последних лет этикетные формулы попадают в поле зрения исследовате­лей, рассматривающих понятие вежливости как специфическую категорию ком­муникативно-прагматического характера. См., например, [Формановская 1987, Земская 1994]. Конвенциональное языковое поведение (речевые ритуалы и этикет) порождает особый тип «этикетных» речевых актов. Группа соответствующих ре­чеактовых глаголов исследуется, например, в [Гловинская 1993, с. 208 и сл.].

Малые жанры

С определенной долей условности можно выделить большие и малые жанры. Ср. с одной стороны — рассказ, беседа, разговор', с другой стороны — реплики, микродиалоги, стереотипы^[78].

Будничное повседневное семейное общение реализуется преимущественно в малых жанрах. Они соотносятся с типичными домашними ситуациями: приход — уход, пробуждение — отход ко сну, обед, различные домашние дела (уборка, стир­ка, покупки), общение с детьми и т. и. Малые жанры представлены и при общении вне семьи (разговоры с соседями, на работе и др.). Высокая повторяемость подоб­ных ежедневных ситуаций обусловливает и клишированный характер реализации многих малых жанров.

Довольно распространенным жанровым типом в сфере повседневной ц е л е о - риентированной коммуникации являются монологические реплики раз­ной иллокутивной направленности. Это могут быть реплики-сообщения (Я в сбер­кассу//); приказы или запреты (К моему приходу шоб уроки сделал!; Дверь никому не открывай//); просьбы (Будь добра/ подай очки//); похвала (Какой ты молодец!) и др.

В повседневной коммуникации велика доля монологических реплик фати­ческого характера. К ним можно отнести:

— разного рода реплики-комментарии своих действий, «мысли вслух», репли­ки-оценки и др. Ср.: А. (одна на кухне готовит обед; случайно достает из холо-

дилъника не те продукты) Ой/ что это я? Совсем уже//; Голова сёдня просто раска­лывается!; Как цветы пахнут!; А. (выходя во двор, недовольно) Машин понастави­ли/ ни пройти-ни проехать//;

— реплики-сообщения о своих акциональных намерениях в рамках данной коммуникации. Ср.: Пойду посуду помою//. Обычно само действие непосредст­венно следует за репликой. Подобное речевое поведение имеет этикетную приро­ду.

Наше языковое существование континуально: одна ситуация сменяет другую. Соответственно и наша речь представляет собой жанровый континуум, нередко имеющий довольно сложную организацию. Так, в рамках семейного локуса до­машняя коммуникация может выглядеть как цепочка следующих друг за другом «сцен». Но нередко она представляет собой своего рода «мультиэкран», на кото­ром одновременно сосуществуют (параллельно или пересекаясь) разные коммуни­кативные ситуации в соответствующем жанровом воплощении.

Одни ситуации тяготеют к реализации преимущественно в малой форме, другие ориентированы на «объемные» жанры. Ряд ситуаций имеет заведомо многожанро­вый характер (ср. ситуации «семейный праздник», «семейная трапеза» и др.). Тип коммуникативной ситуации определяет как выбор жанровой формы, так и законо­мерности сосуществования разных жанров в речевом пространстве (см., например, [тексты 69,70,79]).