II. ГЛАГОЛЫ СО ЗНАЧЕНИЕМ НЕРАЗВИВАЮЩЕГОСЯ, КАЧЕСТВЕННО ОДНОРОДНОГО ДЕЙСТВИЯ

Действия, обозначаемые глаголами данной группы, не вы­зывают в объекте каких-либо изменений, не связаны с какой- либо целью и вследствие этого не имеют объективно внутрен­него предела действия.

В большинстве случаев глагол с приставкой по-, отмечае­мый в древнейших памятниках, Сохраняется и в современном языке как форма совершённого вида: помиловать (с XI в.) — ...помилуй мя, сыне великаго царя Владимера (Сл. Дан. Зат.); пожаловать («пожалеть, оказать милость, помиловать», с XI в.) (пресвися) (кнзь) Феодоръ..., и еще младъ; и кто не пожалуеть сего (Новг. I л. 6741 г.); посулить (с XIII в.) —что имъ посоулилъ, то дай, а боле не дай (Смол. гр. 1229 г. — Ср., 2, 1274); порудить («нарушить») —А кто сие писание престу­пить. или порудитъ... сужуся съ нимъ предъ богомъ... (Грам. Марф. Ник. Кор. Мон. — Ср., 2,1217).

Глаголы более позднего происхождения также имеют фор­мы с по-: поманить (с XVII в. — «обмануть») —Аще ли же по­манить кто и солжетъ... (Авр. Пал. 519); погладить (cXVIΓb.) —... и государь... два яйца ему далъ и погладилъ (Авв. ж. В. 209—210).

Уже в период современного русского языка возникают гла­

голы знакомить, торопить, перчить, жертвовать, журиТь, кото­рые получают формы с приставкой по-.

Таким образом, этот тип видовой соотносительности в гла­голах данной группы является наиболее продуктивным^[39].

Однако глаголы позднего происхождения, связанные с рас­пространением действия по поверхности предмета, образуют формы совершенного вида о помощью приставки на-: нацара­пать, намусорить.

Приставка о- используется редко: в отыменных образо­ваниях или на основе пространственного оттенка, например, в глаголах облобызать (отмечаем с XI в.), опозорить (с XVI в.), оскалить (с XVIII в.) —Паде на выю его и облобыза* и (Остр.

Утрату и изменение видовой соотносительности в глаголах данной группы наблюдаем сравнительно редко.

С глаголом чути («чувствовать, ощущать») первоначально соотносятся глаголы очути и почути: ...и пивъ почюти раноу на телеси своемь во брани не позна ея (Ипат. л. 744); И очюти плачь и рече: кде се есмь (Лавр. л. 252); ...и самъ князь съ княгинею очютивъ огнь, изиде вонъ (Лавр. л. 460). В глаголе с по- утверждается проявление какого-либо действия (без от­тенка неполноты совершения действия); в глаголе с пристав­кой о- действие обозначено через его отношение к объекту, как распространение действия на объект. В более поздних памят­никах употребляется только глагол с приставкой по-; по этому же типу образована современная форма совершенного вида почувствовать.

Напротив, для отыменных глаголоъ'хулить, винить в каче­стве формы совершенного вида укрепляется глагол с пристав­кой о-; глаголы повинйть, похулить, в данной функции утрачи­ваются уже в период современного русского языка.

Глаголы похулить и охулить отмечаем уже в. древнейших памятниках: ...папежь Римьскии похули техъ иже ропьщуть на книги Словеньския... (Лавр. л. 26); — Охулити дела (Псалт. 1296 г. запис. Мат. 23—Ср., 2, 840). В словарях XIX—XX вв. даются обе формы, но глагол похулить приводится с пометой «церк.».

Глагол обвинить .отмечаем с XII в.: Аже обинить и, то ем- леть на немь свое (Р. Прав. Влад. Мон.). В. XV—XVI вв. на­блюдаем глагол повинить: Того (члка) по'винити и грамоты его посудить (Псков, суди, грам); Которой боярин., в суде по-.

сул возмет, £І повинит кого не по суду... (С. Фед. Ив. с. II). В словаре 1847 г. глагол повинить также соотносится с винить, но иллюстрируется примером из древнерусского памятника. Данная форма отмечена и в словаре В. Даля. В современных словарях в качестве формы совершенного вида приводится только обвинить.

В результате рассмотрения переходных глаголов приходим к выводу, что глаголы с приставкой по-во многих случаях утра­чивают соотносительность с бесприставочным глаголом. Это явление наблюдаем преимущественно в глаголах со значением качественно развивающегося действия, ограниченного объек­тивно внутренним качественным пределом. Глаголы с пристав­кой по- получают лексическое значение совершения действия в течение некоторого времени. Этот процесс происходит довольно поздно — не ранее XVII в. Выражение совершенного вида за­крепляется за глаголами с другими приставками. Здесь мож­но говорить о формировании некоторых типов видовой соотно­сительности в соотвётствии с более частными особенностями действия. Так, глаголы со^- значением отрицательного воздей­ствия на объект соотносятся с глаголами с приставкой за-. Для глаголов отыменного происхождения в формах совершен­ного вида широко используется приставка о-. Уже в период современного .русского языка формируется тип видовой соот­носительности (с использованием приставки раз-) глаголов, обозначающих сообщение объекту какого-либо состояния.

Сохранение в качестве формы совершенного вида глагол-а с приставкой по- наблюдаем в глаголах, обозначающих дей­ствие, не связанное о качественными изменениями объекта, прежде всего в глаголах, однородное действие которых -не ог­раничено объективно. Приставка по- используется также в глаголах целенаправленного действия, где объект не испыты­вает качественных изменений и предел действия означает лишь его естественное завершение.

Различие результативных и качественных однородных про­явлений-действия особенно четко выступает в видовой соот­носительности многозначных глаголов. Вначале (в XVII в.) глаголы с по- утрачивают видовую соотносительность с бес­приставочными глаголами в результативном значении; значе­ние исчерпанного проявления действия безотносительно к со­стоянию объекта утрачивается позднее.

Выводы

Рассмотренные факты могут быть поняты лишь в связи с общим процессом развития категории вида.

Современные видовые пары являются результатом дли­тельного исторического процесса. Даже в тех случаях, когда гжагол, используемый в современном русском языке в качест-

ве формы совершенного вида, отмечается уже в древнейших памятниках, тип видовой соотносительности может меняться; возможно разрушение намечавшихся видовых отношений.

Современные типы видовой соотносительности склады­ваются поздно. В древнерусском языке четкое различие грам­матического выражения вида в зависимости от характера дей­ствия, его качественной однородности или ограниченности внутренним пределом, отсутствует. Так, использование при­ставки по- в меньшей степени обусловлено особенностями развития действия, чем в современном русском языке: образо­вания с этой, приставкой соотносительны как с глаголами ка­чественно однородного действия, так и о глаголами, обозна­чающими развивающиеся действия, ограниченные объективно внутренним пределом. Особенно ярко это проявляется при ви­довой соотносительности глаголов сложной семантической структуры: действия, различные с точки зрения предельности и нецредедьности, в видообразовании первоначально не раз­личаются.

Многие глаголы с приставкой по-, образующие в древнерус­ском языке видовые пары, впоследствии теряют видовую соот­носительность, используясь с лексическим значением соверше­ния действия в течение некоторого времени. Указанное значе­ние в древнейший период четко выступает только при лекси­ческих уточнениях, т. е. является следствием контекста. Это говорит о том, что первоначально противопоставление внешней временной ограниченности и внутренней исчерпанности дейст­вия не существует.

Ґ Отсутствие противопоставления временной ограниченности и исчерпанности действия, отсутствие различий между одно­родными действиями и действиями, ограниченными объектив­но,—все это свитедельствует об ином, сравнительно с современ­ным русским языком, характере видовой пары. Так, для наибо­лее распространенного типа видовых пар (с использованием приставки по-) вряд ли можно говорить об обозначении каче­ственного предела в развитии действия.

чем и объясняется необычайно широкое использование при­ставки по-^[41].

С этой особенностью видовых отношений связано сущест­вование значительного количества глаголов, обозначающих до­стижение результата. В глаголах со значением целенаправ­ленного, ограниченного внутренним пределом действия исчер­панное проявление действия объективно совпадало о достиже­нием результата; видовые формы с приставкой по- и лексиче­ские результативные образования имели одну и ту же пред­метную отнесенность. Однако их языковые значения не совпа­дали полностью, так как во. втором случае достижение резуль­тата было выражено лексически, словообразовательными сред­ствами.

Дальнейшая история видовых отношений представляет со­бой процесс более глубокого объединения членов видовой па­ры. Факты говорят об усилении качественного характера этой связи. Этот процесс проявляется в формировании типов видо­вой соотносительности в соответствии с обозначением качест­венного предела действия. Различие глаголов однородного действия и глаголов, обозначающих действия, ограниченные в своем развитии, становится более четким. Усиление качест­венного характера видовой связи связано и с дифференциа­цией грамматического значения совершенного вида и значения временного ограничения действия. Глаголы с приставкой по- утрачивают видовую соотносительность всюду, где возмож- - но противопоставление этих значений. Сохранение видовой связи наблюдается в тех случаях, где такое противопоставле­ние невозможно, где любое временное ограничение объективно

совпадает с исчерпанностью действия.

Рассматриваемый процесс относится к позднему периоду древнерусского языка. Все факты, связанные с ним, наблю­даем не ранее XVII в. В XVI в. отмечаем еще появлениё новых пар (с использованием приставки по-) в глаголах, позднее по­лучивших другое выражение совершенного вида. Этот процесс продолжается и в современном русском языке.

Наиболее глубокие изменения произошли в глаголах, обоз­начающих действия, связанные с какими-либо качественными

изменениями предмета. Глагол с приставкой по- в большин­стве случаев терял видовую соотносительность с бесприставоч­ным глаголом, так как развивал оттенки временной ограни­ченности действия^[42]. В связи с этим формировалась новая видо­вая пара; в видовую пару вовлекался один из существующих глаголов с результативным значением или создавалось новое приставочное образование. В глаголах этого типа постепенно складывались менее крупные типы видовой соотносительно­сти, основанные не только на общем характере развития дей­ствия, но и на частных особенностях лексического порядка^[43].

Большинство глаголов- однородного действия получает тип видовой соотносительности (с приставкой по-) на основе преж­них видовых отношений. Этот тип связан с одинаковым харак­тером развития действия и потому является наиболее значи­тельным в количественном отношении. Однако дифференциа­ция исчерпанного проявления действия и его внешней времен­ной ограниченности постепенно охватывает и эти глаголы: из­менение видовой соотносительности было отмечено нами для глаголов со значением психического состояния, в глаголах, характеризующих поведение человека, в глаголах обозначаю­щих звуковые явления^[44].

Усиление качественного характера видовЪй связи особен­но ярко проявилось в системе многозначных глаголов. В том случае, когда в системе глагола объединялись различные по характеру развития действия значения, единство видообразо­вания устранялось: эти значения получали видовое выражение

в соответствии с формирующимися типами видовой соотносй- тельности.

Развитие видовой соотносительности связано неразрывно с лексическими процессами. Эта связь проявляетя не только в дифференциации грамматического значения предела и лекси­ческого значения внешней временной ограниченности. Форми­рование видовых пар связано и с дифференциацией видового значения и лексического значения результативности. При уси­лении качественности видовой связи грамматическое значение предела поглощало частные результативные значения, в свя­зи о чем многие результативные, глаголы исчезали или полу­чали иное значение. Так, глаголы о приставкой у-, ранее имев­шие значение простого достижения результата действия, позд­нее развили оттенки особенной тщательности действия^[45].

Рассмотренные факты являются проявлением развития ви­довой соотносительности, дальнейшего укрепления внутренней связи глаголов — членов видовой пары. Объединение в видо­вую пару глаголов, первоначально связанных лишь словооб­разовательно, началось еще в дописьменный период. Процесс этот очень сложен. И в современном русском языке мы имеем различную степень объединения глаголов, в связи с чём нель­зя безоговорочно считать члены видовой пары формами одно­го и того же слова. В древнерусском языке отношения носят еще более сложный характер Основные изменения видовой со­относительности^[46] связаны с углублением качественного харак­тера видовой связи, переработкой естественной временной ог­раниченности действия в значение качественного предела. Это усиление качественности было вызвано внутренними отноше-' ниями в системе глагола: взаимодействием членов видовой па­ры, взаимодействием грамматического значения совершенного вида со значениями глагольных основ, с абстрактными лекси­ческими значениями результативности действия. Поэтому от- ‘ Ношения приставочного глагола могут быть поняты только на основе системных отношений языка. Семантического сопо­ставления изолированных глаголов здесь недостаточно. Связи слов Должны объясняться на основе состояний категории вида в определенный исторический период.