ВВЕДЕНІЕ.

«Энциклопедія» — очень дреипее гречневое СЛОВО; они оз­начало у Грековъ кругъ знаній необходимыхъ для каждагоо- бравованнаго человѣка. Въ послѣдующее вредя энциклопедія обозначала сборникъ статей, обнимающихъ весь кругъ знаній ио всѣмъ внукамъ вообще или по извѣстной отрасли наукъ.

Шеллингъ развилъ свой взглядъ На задачу энциклопедіи въ лекціяхъ, читанныхъ при. въ 1*Г 8 8 году. Согласно сво­ему общему міровоззрѣнію, которое онъ называлъ органиче­скимъ и по которому всѣ части міряне существуютъ каждая отдѣльно, а вваиино обусловливаютъ и вліяютъ одна на другую притомъ, не только обусловливаютъ другъ други, по и щѣдое обусловливаетъ части,Шеллингъ смотрѣлъ и на науку, какъ на организмъ, въ которомъ всѣ части соединены между собою внутреннею связью, взаимно вліяютъ другъ на друга и проник­нуты идеей общаго. Исходя изъ такого взгляда, Шеллингъ гово­ритъ, что пре л; де чѣмъ приступить къ изученію отдѣльной отра­сли знаній, необходимо обратиться къ изученію общей пауки и эту общую науку онъ называетъ наукой паукъ—это, по его сло­вамъ, не есть отдѣльная паука, стоящая па ряду съ другими, но потенцированная, которая стоитъ надо всѣми отдѣльными наука­ми и задача которой состоитъ въ раземот реніи всего содержа­нія отдѣльныхъ наукъ.

Исходя изъ того положенія, что вселенная представляется ничѣмъ инымъ, кикъ діалектическимъ саморазвитіемъ абсолютнаго разума и что слѣдовательно, законы мышленія п быѣіятождествен­ны; онъ утверждалъ, что всѣ явленія каковы бы овѣ не были,

Листъ 1.

подчиняются закону діалектическаго развитія, которое состоитъ въ томъ, что мысль человѣчества въ споенъ развитіи проходитъ 3 -и ступени: тезисъ, антитезисъ и наконецъ слийастся въ сннтеаисѣ или высшемъ единствѣ те отправляясь отъположенія къ противоположе­нію. мысль старается найти нѣчто такое,что бы примирило зти два начала. Въ отношеніи отдѣльныхъ наукъ, этимъ примиряю­щимъ началомъ, этимъ 3-мъ моментомъ является энциклопедіи. Между тѣмъ какъ Шеллингъ высказанъ мысль о созданіи энци­клопедіи, какъ общей науки, санъ не пытался осуществить эту мысль, Гегель пошелъ далѣе и въ своей энциклопедіи философ­скихъ наукъ представляетъ попытку выполнить ту задачу ко­торую онъ выставилъ.

Эти воззрѣнія изъ области науки вообще псрошли въі. об­ласть науки права, благодаря послѣдователямъ Шеллинга и Ге­геля, каковы:Краузе, Аренсъ, Піоттеръ, Абега,Фридлендеръ.Мнѣ­нія эти вызвали возраженіе со стороны Конолака (инъ надана по этому поводу брошюра въ J.802 г.). Конопакъ не призна­валъ возможности науки наукъ, говоря, что если какая—ни будь обнимаетъ всю совокупность другихъ наукъ, то сама она не мо­жетъ быть самостоятельной¹ наукой. Ковопаку въ свою очередь возражали, впрочемъ довольно неопредѣленно, что эта наука на­укъ имѣетъ въ виду ие столько обнять все содержаніе наукъ, сколько придать всей совокупности Еаукъ внутреннее идеальное единство.

Болѣе здравый и ясный взглядъ на науку энциклопедіи выставилъ впервые въ 40-хъ годахъ Французскій ученый О. Контъ въ своемъ«Курсѣ положительной философіи.»

Онъ указываетъ на то.

успѣхи въ развитіи одной пауки дѣлались учеными чрезъ сбли­женіе ея съ другими науками. Напр: Декартъ создалъ особую отрасль математики—аналитическую геометрію чрезъ сближеніе алгебры съ геометріей. Точно также Контъ ожидаетъ важныхъ результатовъ отъ сближенія химіи съ физіологіей.

При дальнѣйшей спеціализаціи знаній, изъ отдѣльныхъ на­укъ выдѣляются общія понятія, которыя присущи каждой изъ нихъ, и такимъ образомъ, является необходимость въ особой на­укѣ. которая задачей имѣла бы изслѣдованіе этихъ общихъ во­просовъ. Такой наукой Контъ признаетъ философію не зная бо­лѣе подходящаго наименованія, такъ какъ слово * Энциклопедія» во Франціи употреблялось мало. Такимъ образомъ, въ ней онъ видитъ науку, которая стоитъ не надъ отдѣльными науками, а рядомъ съ ними. Это воззрѣніе на философію (или праіильнѣе энциклопедію), по котором) ойа является также спеціальной вполнѣ самостоятельной наукой, имѣющей опредѣленное содер­жаніе, несомнѣнно должно самымъ благотворнымъ образомъ от­разиться на развитіи этой науки.

Взглядъ Конта еще не нашелъ себѣ общаго признанія, а потому въ Германскихъ и Французскихъ энциклопедіяхъ права, каковы энциклопедія Вальтера.

бъ Россіи такое направленіе пустило уже давно глубокіе корни. Капустинъ, проф. (юрид. Догматики) .Ярославскаго лицея и Реиенкамфъ, проф. Кіевскаго унив. даютъ общей части эн­циклопедіи такое развитіе, какого нельзя найти у нѣмецкихъ у- чевыхъ и очевидно, въ этой общей части и видятъ главныйеу-

щественный элементъ энциклопедіи, такъ какъ оба они напеча­тали только общія части. Рѣдкинъ, бывшій проф. Спб. Универ, идетъ еще дальше, онъ исключаетъ совсѣмъ обворъ отдѣльныхъ наукъ, оставляя только ученіе объ общихъ понятіяхъ права. Другіе же русскіе ученые напр. Неволинъ, Рождественскій по­нимаютъ энциклопедію въ нѣмецкомъ смыслѣ слова. Энци ело - подія Деларова. новѣйшая изъ русскихъ на сколько можно су­дить до 1-ой вышедшей части также не чужда этого недостат­

ні

ка.

Такимъ образомъ, согласно новому взгляду на энциклопе­дію, она является одпой изъ самостоятельныхъ юридическихъ наукъ, задача которой изслѣдовать общіе вопросы права. Общее ученіе въ отличіе отъ спеціальной разработки отдѣльныхъ сто­ронъ предмета имѣетъ значеніе во всякой отрасли знанія .

Связь между, разстройствомъ отдѣльныхъ органовъ, между . разстройствомъ питанія и нервной системой выражаетсясамымъ нагляднымъ образомъ.въ самомъ изучаемомъ предметѣ — въ больномъ организмѣ человѣка.

Конечно я отдѣльныя юридическія отношенія находятся меж­ду собою въ связи и связи тѣсной. Но ни сами онѣ, ня эта связь между ними не представляются столь наглядными, осяза­тельными. Интересы отдѣльной личности охраняются цѣлой си­стемой законовъ, составляющихъ порознь предметъ полицейска­го, гражданскаго, уголовнаго, государственнаго,финансоваго, ад­министративнаго права. Изученіе любой иаъ этихъ отраслей правовѣденія. можетъ дать вианіе и пониманіе только какой ни- будь одной формы охраны интересовъ. Но только въ общемъ у- чеиііі о правѣ, можно найти цѣльную картину охраны этихъ ин­тересенъ, только изъ него можно уэнать па сколько вообще, а не въ данной формѣ охраняются дѣйствительно интересы лич­ности. Составленіе такой цѣльной полной картины юридиче­ской охраны какой—либудь группы интересовъ не составля -

Энциклопедія его должна состоятъ изъ 3-хъ частей, Въ нор­мой части онъ разематриияетъ право въ ряду другихъ сфсръум- ствеиной жизни человѣка. 2-я ч. Ученіе о нравѣ въ частности.

3 я ч. На гражданскомъ правѣ авторъ желаетъ показать пра­вильность его общихъ выводовъ о правѣ.

етъ лишь дѣло простдго любопытства или пожалуй ииучиой ро­скоши. Пониманіе и выясненіе юридической охраны ви всѣхъ ея формахъ есть дѣло высокаго практическаго значенія. Ограниче­ніе научнаго изученія только одной стороной юридической охра­ны интересовъ приводило всегда не только въ наукѣ, ио и нъ законодательствѣ къ односторонности, причинявшей много вреда. Возьмемъ для примѣра, такъ называемую, ортодоксальную школу цивилистовъ.

Что касается отношенія общаго ученія о правѣ къ дру - гимъ, спеціальнымъ юридическимъ наукамъ, то нѣкотораго по­ясненія можетъ требовать только отношенія ея къ философіи права и къ исторіи права. Другія юридическія пауки, какъ уголовное, гражданское, полицейское и т.н. право отличаются отъ общаго ученія уже спеціальностью своего предмета. Онѣ не изслѣдуютъ общихъ вопросовъ нрава а только спеціальныя особенныя отрасли или формы. Но философія и исторія права подобно общему ученію не ограничиваются изученіемъ какой- нибудь отдѣльной отросли права, ио изучаютъ врало въ цѣ­ломъ, ио всей полнотѣ. Потому и отношенія ихъ къ общему изученію требуютъ нѣкотораго поясненія.

Относительно философіи прежде всего должно замѣтить что до сихъ поръ Нѣтъ согласія въ томъ, что такое философія? можно ли допустить существованія ея какъ особой науки? и если да, то какой ея особенный предметъ? Эта неопредѣлен­ность представленія о философіи вообще не можетъ, конечно, не отражаться и на представленіи о философіи права въ част­ности.

Самое раздѣленіе науки права па науку права положитель­наго и философію права ведетъ свое начало отъ того времени, когда подъ вліяніемъ философской системы Вольфа и свойст­венной ей , какъ и послѣдующимъ германскимъ философскимъ системамъ примирительнаго направленія установлены были двѣ пцраллелныя энциклопедіи наукъ—наукъ раціональныхъ, per (yllngUrrpim и наукъ омпариплстииъ, per ituiuctioiiem Въ силу отой двойственности о каждомъ предметѣ, явилось но двѣ науки одна выводившая спои положенія изъ какого-нибудь ос­новнаго начала полученнаго не изъ опыта и дру гая,основавшая

спои положенія именно на опытѣ.

Знанію раціоналистическому было при атомъ прислоено на­званіе философіи а знаніе эмпирическое получило названіе на­уки. Отсюда явилось противуположеніе науки и философіи обл­аянное своимъ ‘ происхожденіемъ исключительно германской лите­ратурѣ.Въ Англіи и до сихъ поръ философія и наука понятія тождественныя. Во Франціи гдѣ вліяніе германское сильнѣе замѣчается колебаніе.

При такомъ против у полол; єні и науки и философіи различіе между наукой права и философіей права сводилось также къ раз­личію источниковъ познанія. Если изслѣдователь отправляется отъ врожденной намъ, или интуитивно помимо опыта непос- редстиенно' умомъ полученной идеи права—это философія; если онъ отправляется отъ наученія дѣйствительно существующаго права это наука.

Въ настоящее время, однако, философія въ нѣмецкомъ апа- чеНіп слова', что болѣе точно обозначаютъ именемъ метафизики, въ смыслѣ знанія опирающагося, на основанія независимыя отъ Опыта, въ смыслѣ знанія сверхчувственнаго отвергается въ саномъ своемъ основаніи. Въ этомъ убѣждаетъ уже сравненіе наукъ эмпирическихъ ст. раціональными .Эмпирическія пред­ставляютъ быстрые и блестящіе результаты . Къ метафизи­камъ же и теперь можно обратиться со словами Вольтера: «О ' metaphyeiqne I nous жяшпѳн .aussi avnno&s que fin temps des premiers Druides«.Если въ чемъ метафизика и обнаруживала движеніе, то лишь на столько, на сколько пол ьяова лас ь контро - бандно данными наукъ эмпирическихъ.

Въ настоявшее время, если философія отстаивается, какъ самостоятельная наука, то въ смыслѣ болѣе обобіценнцю знаніи, но источникъ и филосовскаго знанія н знанія научнаго приз­нанъ одинъ и тотъ-же—опытъ. Такъ понимаетъ философію Опостъ Констъ основатель позитивизма: для него философія есть общая система человѣческихъ знаній (le systeme рсщ'таі des conceptions huiqaines. Cours de philoaopie positive,8 Edition t. Ip. 6Г>.) Основатель эволюціонизма Гербертъ Спенсеръ повторяетъ тоже опредѣленіе философіи:необъединенное знаніе есть знаніе ненаучное:объединенное отчасти наука ; объединен­ное вполнѣ—философія. (Основныя начала; стр. 144)

Къ этому же опредѣленію сводится въ сущности и опре­дѣленіе доцента кіевскаго университета г. Козлова раздѣляе -

моег.г. Страховымъ и Меспичемъ . «Предметъ философіи, гово­ритъ Козловъ, есть міръ, какъ цѣлое изъ всѣхъ извѣстныхъ ве­щей, явленій, событій и слѣдовательно въ ней мы должны ис­кать положеній или сужденій, которыя бы имѣли въ виду все , что входитъ въ человѣческое сознаніе, какъ суіцее какимъ либо опредѣленнымъ способомъ (Философскіе этюды, этюдъ І.Прѳд - метъ философіи 1876. стр. 68.) Но этотъ міръ, служащій пред­метомъ философіи не есть «готовое цѣлое въ себѣ (an яісЬ), какъ гдѣ—то и когда то за конче, нпиіі синтезъ безконечнаго ряда міровыхъ' состояній, однимъ словомъ: какъ абсолютно — замкнутое существо. Не это фантастическое представленіе со­ставляло и можетъ составлять предметъ философіи: оно толь­ко, въ силу разныхъ историческихъ обстоятельствъ, было под­ставлено подъ истинное понятіе міра, какъ цѣлаго, состоя - щаго изъ всщегї, гівлснйі, событіи не синтезированныхъ гдѣ- то помимо нашего сознанія, но ждущихъ споего синтеза въ немъ, т.е. въ обдости, гдѣ яти вещи, явленія, событія, суть какъ такія и гдѣ въ понятіи бытія готова асеобъемлющаяфор­ма, могущая вмѣстить ихъ въ какомъ бы то ни было дѣйстви­тельно данномъ количествѣ. Но эта форма вовсе не гарантиру - етъ намъ дѣйствительнаго синтеза вещей, а указываетъ толь­ко возможность его. Такъ что «подлинной задачей» философіи всегда было не «познать міръ какъ заготово-законченноецѣлое а лишь * построить понятіе міра (Тамъ же стр. 28—30.)

Если признать, что вадачи философіи заключается лишь въ высшемъ обобщеніи научнаго знанія, то общее ученіе о правѣ и философія права сольются въ одно, имѣя одну и ту же за­дачу—обобщеніе матеріала науки права.

Такой взглядъ находитъ въ настоящее время себѣ защит­никовъ даже въ германской юридической литературѣ, Я укажу на защитника такого отожествленія философіи < съ общимъ ученіемъ о правѣ на проф. Меркеля (Merkel) помѣстившаго объ этомъ вопросѣ особую статью въ Zeitnchrift ftir tine Pri- vat und Oeffent.liches Recht tier Gegenwart hrsgbn. von Grunhut . 1874. Меркель полагаетъ, что должно вовсе и безу - словно отвергнуть философію права, какъ науку имѣющую осо­бый источникъ. Философія права можетъ быть признана только въ смыслѣ общаго ученія о правѣ, занимающаго въ об­щей системѣ пдуѵ такое же мѣсто, какое въ каждой спе­ціальной наукѣ ея обитая часть.

Однако такой взглядъ выраженный Меркелемъ встрѣчаетъ еще много противниковъ. Въ томъ же журналѣ Грюнгута въ на­стоящемъ 1879 году помѣшена статья Градскаго профессора Шютце ( Kcliutze ). Онъ находитъ что общее ученіе ото энци­клопедія, а философія нрава- имѣетъ самостоятельное содержа­ніе. "Философія права, говоритъ онъ,есть часть практической философіи т. е. той философіи, которая примѣняетъ формаль­ные законы мышленія дедуктивнымъ методомъ къ обоснованію абсолютнаго и его идейнаго содержанія. И именно та часть,ко­торая занимается лдеей права, выводя ее изъ высшаго понятія и затѣмъ изслѣдуя ее въ ея логическомъ развѣтвленіи (в. іо) Философія права относится къ положительному правовѣдѣнію , какъ идеальный юридическій порядокъ къ реальному насто - ящаго и прошедшаго времени ( s. Ій). Это довольно неясное опредѣленіе Шютце поясняетъ на примѣрамъ. Такіе вопросы какъ объ основаніи обязательности договоровъ, о согласимости частной собственности съ идеей права и въ особенности ст. правомъ ( AniwJit' ) всѣхъ на имущество, какъ объектъ удо­влетворенія потребностей, о правѣ наказывать, о томъ есть ли государство разумная необходимость, какая форма правле­нія согласна съ разумомъ, образуется ли государство « по сво­ему существу» ( гийийтп ѴѴезсіі ttacli ) по договору’ или нѣтъ? и т.п, —по его мнѣнію составляютъ предметъ философіи. Но и эти примѣры неубѣдительны, ІСсли такого рода вопросы мо­гутъ быть вообще рѣшены, научное рѣшеніе ихъ можетъ осно­ваться на данныхъ исторіи и наблюденія вообще и потому бу­дутъ относиться къ положительному правовѣдѣнію.

До тутъ можетъ-явиться вопросъ, нельзя ли, не признавая ві- всесверхопытнаго познанія,допустить различіе между философіей права и положительнымъ правовѣденіемъ, смотря потому, какому ме­тоду слѣдуютъ при изслѣдованія права. Изучая право, можно идти путемъ индуктивнымъ, отправляясь отъ изученія матеріала пред • ставляеиаго положительными историческими системами права.Но

• нельзя лн также, отправляясь отъ нвученія природы человѣка, отъ ея дедуктивно получить тоже познаніе о правѣ? Аренсъ, пред - Ставите ль органической школы, такъ и понимаетъ задачу филосо­фіи права. Обыкновенно на это возразі£&іотъ,чтоудобвѣѳсоединять обѣ системы. Но мнѣ кажется, что нельзя ограничиться такой ссылкой на удобство соединенія этихъ двухъ иетодовъ.Мвѣ кажет­ся, что разъединеніе ихъ не только неудобно, но и нежелательно,

безцѣльно и даже невозможно. Для юриста наибольшій интересъ представляетъ, конечно, психическая сторона природы человѣка. Но психическая природа человѣка не можетъ быть изучена,безъ обращенія къ изученію общественной жизни людей. «Наука пси­хическихъ явленій/ говоритъ Льюисъ (Вопросы о жизни и ду - хѣ I, стр. 111), «отыскиваетъ свои данныя въ біологіи и сог/іо - ліній.* Всѣ свойства разума и сознанія суть исключительно продукты соціальнаго организма (12 7). Чтобы понять человѣче­скій умъ, мы должны изучать его въ нормальныхъ условіяхъ, а таковы, именно, соціальныя условія (стр. 12й). ТажИмъ обра * зонъ, сама психологія должна опираться на соціологическія дан­ныя: какимъ же образомъ общественныя явленія в, чѣ частности, право могутъ быть наслѣдованы на основаніи исключительнаго наслѣдованія индивидуальной природы?

Итакъ, философія права не можетъ быть признана особой наукой. Единственное годное опредѣленіе фидософіи—этоопрвдѣ - леніе ея, какъ объединеннаго, обобщеннаго знанія.Но еслитакъ, то философія права и общее ученіе о нравѣ—одно в то же.

Другая наука, отношеніе которой къ энциклопедіи требу­етъ нѣкотораго поясненія,—это всеобщая исторія права или, какъ у насъ иногда называютъ, сравнительная исторія законо­дательствъ. Подобно общему ученію о правѣ, она не ограничива­ется какою нибудь отдѣльною отраслью права. Ея вадача^про- слѣдить и выяснить постепенное развитіе юридической охраны отъ самой грубой и неполной ея формы въ первобытныхъ об - ществахъ до самыхъ слозшыхъ ея формъ въ современныхъ куль­турныхъ государствахъ.Касты и всеобщая подача голосовъ,ка­бала и кооперативныя товарищества, рабство и .снобода печати —.все это одинаково входитъ въ область ея ивсл-^дованій.

Отсюда легко можетъ явиться мысль,-что всеобщая исторія нрава съ удобствомъ можетъ замѣнить общее ученіе о правѣ. Однако, три ближайшем?. разсмотрѣніи такое заключеніе ока­зывается ошибочнымъ. Дѣло историка прежде всего переводъ исторических?, форм?* на языкъ современныхъ понятій. Но для этого необходимо предварительное знакомство съ этими поня­тіями—а ознакомить съ ними и ость дѣло общаго ученія о пра­вѣ. Какъ мы можем?, изслѣдовать исторію соотношеніячастна - го и публичнаго права,разграничѳніяуголовной и гражданской подсудности, исторію собственности, исторію договора, брака ж т. и., если не опредѣлимъ этихъ понятій?Несомнѣнно,что при

установленій этихъ понятій можно и должно пользоваться увя­заніями исторіи права. Но установленіе этихъ понятій, хотя и съ помощью историческаго матеріала и самое историческое развитіе ихъ—два разныхъ вопроса. Историческое развитіе по - нятій и научная нхъвыработка идутъ не всегда одними путя­ми. Вырабатывая понятіе, мы не всегда отправляемся отъ древ - нѣйшаго. Древнѣйшее по самой своей отдаленности можетъ весь­ма трудно поддаваться нашему пониманію, и нерѣдко мыдости- гаемъ его пониманія лишь съ трудомъ, лишь помощью относи­тельнаго сравненія съ современнымъ и восходя отъ современна­го все къ болѣе и болѣе древнимъ формамъ, слѣдовательно, вдя какъ-разъ по противоположному пути тому, какимъ шло самое историческое развитіе.

Поэтому должно признать, что всеобщая исторія права в общее ученіе о правѣ двѣ различныя науки, имѣющія свои осо­быя задачи и незамѣнимыя одна другою. Но какое же ихъ вза - имноѳ соотношеніе?

Въ виду того, что иеторія изучаетъ право въ йсториче - скомъ развитіи, а общее ученіе установляетъ общія юридиче - скія понятія, развитіе которыхъ изучаетъ исторія, въ виду это - го можетъ показаться, что исторія права и общее нравоученіе относятся другъ къ другу, какъ динамика къ статикѣ. Общее ученіе изучаетъ право въ его недвижномъ строѣ, съ точки зрѣ­нія вакона сосуществованія, ко экзистенціи, а исторія изучаетъ право въ его движеніи, съ точки зрѣнія законовъ послѣдова-. тельное тн.

Но представленіе объ ихъ взаимномъ соотношеніи не соот - вѣтствуетъ дѣйствительности. Общее ученіе не можетъ игнори­ровать движенія права; т акъ какъ общее ученіе должно путемъ отвлеченія отъ частностей установлять общія понятія, а част - ности эти въ своемъ историческомъ развитіи идутъ йе ров - пымъ шагомъ, однѣ отстаютъ, другія опережаютъ средній уро - венъ историческаго развитія, то, установляй общія понятія, не­возможно не принимать въ соображеніе и историческаго дви - женія права. Поэтому динамическое изученіе права есть интег­ральная часть общаго ученія о правѣ.

Но если и общее ученіе изучаетъ право въ его движеніи, то чѣмъ же отличается оно отъ исторіи права?

Исторія права я общее ученіе о правѣ относятся другъ къ другу, какъ конкретная наука къ абстрактной. Каждая нау-

ка имѣетъ своею цѣлью обобщеніе матеріала, но это обобще­ніе можетъ совершаться двояко.Конкретныя науки обрабатывл готъ такія общія понятія, которыя служатъ копіями дѣйстви­тельныхъ явленій. Абстрактныя, напротивъ, выработываютъ та­кія понятія, которыя можно назвать моделями и которыя слу - жатъ пе отраженіемъ, не изображеніемъ дѣйствительныхъ явле­ній, а какъ бы орудіями, съ помощью которыхъ изслѣдователь можетъ легче разобраться въ пестромъ разнообразіи дѣйстви­тельныхъ явленій. Наиболѣе типичной представительницей на­укъ абстрактныхъ является математика, наукъ конкретныхъ— естестеетвенная исторія.Такія понятія, какъ животное, млеко - питающееся, обезьяна еуть обобщенія-копіи; они обобщенія абстракцій лишь въ томъ смыслѣ, что въ нихъ опущены осо­бенные признаки отдѣльныхъ животныхъ, къ каждому такому понятію копіи соотвѣтствуетъ въ дѣйствительности, какъ лхъ чаетный примѣръ, конкретное животныя. Матѳматичѳскіяфигу - ры также абстракціи, но абстракціи совершенно другаго ха­рактера, это абстракціи не копіи, а модели. Въ нихъ не просто только опущены, только не приняты во вниманіе особенные признаки, но и прямо исключены изъ нихъ.КакаяниОудь мось ка представляетъ несравненно болѣе формальныхъ признаковъ различныхъ свойствъ, отличающихъ ее отъ рыбы, отъ слона, отъ волка, отъ бульдога, отъ другой моськи, но тѣмъ не менѣе она со всѣми своими моськиными особенностями вполнѣ под­ходитъ подъ понятіе животнаго. Совсѣмъ иное мы видимъ въ абстракпіяхъ математики. Кругъ не можетъ имѣть, кромѣ дли­ны радіуса, никакихъ другихъ частныхъ особенностей, и два круга съ одинаковыми радіусами вполнѣ тождественны .Но въ дѣйствительности математическихъ круговъ не существуетъ во­все. Конечно не существуетъ и животнаго, существуетъ толь - ко то пли другое животное. Но въ отношеніи круга нельаяска- зать и того. То подобіе круга, которое Геометрія чертитъ для поясненія своихъ положеній, не есть вовсе частный примѣръ круга; это не кругъ вс все, а весьма неправильная фигура.

Такимъ образомъ, понятіямъ-копіямъ соотвѣтствуютъ въ дѣйствительности ихъ частные случаи, а идеямъ-моделямъ — только грубыя, приблизительныя подобія.

Правовѣденіе есть наука абстрактная; ея задача заклю - чается въ построеніи, конструированіи моделей житейскихъ отношеній, что на языкѣ юристовъ технически называется

конструкціей юридическихъ институтовъ, напр. конструиро­вать институтъ брака, это значитъ построить модель брач - ныхъ отношеній съ ихъ юридической стороны. Другими сло­вами, составить себѣ представленіе о такомъ брачномъ отно­шеніи, гдѣ бы все исключительно опредѣлялось однимъ пра - вомъ, гдѣ бы супруги требовали другъ отъ друга только то, на что имѣютъ право или къ чему юридически обяаапи. Ко­нечно, въ дѣйствительности такія брачныя отношеніяневозмож- ны, какъ невозможна линія безъ ширины, поверхность безъ тол­щины. Отношенія супруговъ опредѣляются въ дѣйствительно­сти гораздо болѣе любовью, привычкой, экономическимъ поло - женіемъ, нежели правомъ. Но юристъ изслѣдуетъ только юри­дическіе элементы ихъ отношеній.

Общее ученіе о правѣ, какъ отрасль иравовѣденія, есть также паука абстрактная.Всѣ тѣ понятія, какія будутъ уста­новлены въ послѣдующемъ изложеніи, понятія права, право мочія, право обязанности, юридическаго отношенія, юрвідиче- ской нормы—все это не понятія-копіи, а понятія-модели.

Н ап рот ивъ, исторія права, не есть собственно отрасль пра - вовѣденія, а отрасль исторіи, и , какъ историческая наука, есть наука конкретная. Она не конструируетъ юридическіе ин­ституты, а изучаетъ дѣйствительныя житейскія отношенія, не конструируетъ институтъ брака, а наслѣдуетъ дѣйствительное теченіе историческаго развитія брачныхъ отношеній.

Заканчивая этпмъ введеніе, и долженъ еще указатьобщую систему курса.Весь курсъ распадается на двѣ части: общую и особенную. Общая посвящена выясненію общаго понятія права в содержитъ слѣдующія главы:

Глава I.Человѣкъ.

Глава II. Общество.

Глава III. Очеркъ историческаго развитія нравопонятія.

Глава IV. Опредѣленіе правъ.

Глава V. Условія юридической охраны.

Глава VI. Образованіе и развитіе правъ.

Глава VII. .Содержаніе правъ.

Глава VIII. Общіе принципы права.

Часть особенная содержитъ три отдѣла:

Отд. I,Юридическія отношенія.

Отд. II. Юридическія нормы.

Отд. III. Наука права.