3. ПАПЕРНЫЙ

Надпись в тюрьме. Милиционер и уголовник, будьте взаимно вежливы.

(«Не хлебом единым»)

Иван Грозный был не грозным, а милым, добрым, отзывчивым человеком. Правда, он был вспыльчив, но отходчив, что видно из картины Репина «Иван Грозный убивает своего сына».

( «Чукоккала» )

Один эгоман, или по-русски «самолюб», патетичес­ки воскликнул:

- Тяжело нашему брату-писателю!

Его собеседник ядовито заметил:

- Я даже не знал, что у вас есть брат писатель.

(«Глагол времен»)

В присутствии Корнея Ивановича Чуковского одна восторженная дама стала беспричинно расхваливать одного писателя: «Поэт милостью божьей!» Корней Иванович поправил:

- Поэт... не милостью, а милостынью божьей.

(«Глагол времен»)

...неутомимый хлопотун. Если тот был сутяга, этот - суетяга, от слова «суета».

(«Глагол времен»)

Всё ему кажется, что именно в последнюю декаду де­кабря удастся избежать недоперевыполнения.

(«Глагол времен»)

Чтили сантехника, как санкттехника.

(«Птичка голосиста»)

Придумал его [слово авоська] юморист В.С.Поляков. Сам Владимир Поляков рассказывал мне об этом с гордостью и несколько уязвленной авторской обидой. Я сказал: «Это тогда она была авоська, сегодня ее надо бы­ло бы уже называть не авоська, а нифигасьха». [Видимо, перестройка помешала тому, чтобы русский язык обо­гатился новыми словами типа нифигаака, нихерасика.]

(«Птичка голосиста»)

Разговор советского покупателя с продавцом:

- У вас есть мясо?

- У нас нет рыбы, а мяса нет в магазине напротив.

(«Птичка голосиста»)

Из пародии «Чего же он кочет?» на роман В.Кочетова «Чего же ты хочешь?»

Булатов [писатель] был даже нс инженер, а офицер человеческих душ.

Булатов не терпел Булатов - тех, что бренчат о по следних троллейбусах.

- Ну почему последний? - искренно недоумевал он под одобрительный гул и сочувственный хохот рабоче­го класса. - Что у нас троллейбусов мало, что ли?

[Советская патриотка Лера Васильева вернулась до­мой «из итальянской глуши».] Взволнованная она хо­дила по московским улицам: - Ну и что с того, что в ма­газинах нет товаров , но ведь нету наших совет­ских товаров, а не их показной трухи.

ООО

[Зиновий Паперный «подловил» Евгения Евтушен­ко на не совсем обычном использовании категории грамматического рода в известных строках:

За медом на Черемушкинском рынке

Поэт стояла...

- и с немалой долей лукавства не пародирует сам эти стихи, а показывает, как пародисты могли бы их обыг­рать^.

Евтушенко писало, что стояла поэт.

Евтушенко считало, что родов больше нет.

Евтушенко старалось доказать - все равно у народа осталось Евтушенко одно.

(Пример заимствован нами из «Книги о пародии» Вл.Новикова.)