Философия в системе мировоззрения

Философия как рацио­нально-теоретическое осмысление мира

В отличие от мифологии и ре­лигии, которые строят общую картину мира, опираясь на фантастические представления о мире и веру, на уровне эмоцио­нально-чувственной ступени познания «философия строит общую картину мира на основе рационального познания, она пытается понять мир, исходя из него самого, из законов этого мира, используя логические и гносеологические обоснования своих положений»¹.

Ранняя философия еще не отрицает сверхприродное, но уже выводит его из природного, как нечто вторичное. Так, древнегреческий философ Анаксимен (VI в. до н. э.),

утверждая, что все вещи возникли из воздуха, богов не отрицал, однако был убежден, что воздух создан не бога­ми, боги сами возникли из воздуха.

Процесс возникновения философии в общей форме представляется как разрешение противоречия между ми­фологическим мировоззрением и новым мышлением, обыденными методами познания и достижениями наук. Мировоззрение стало перестраиваться по законам рассуд­ка и в соответствии с методами рационального постиже­ния мира. Философия унаследовала от мифологии ее ми­ровоззренческий характер, мировоззренческую схему, а значит, совокупность вопросов о происхождении мира в целом, о его строении, о положении человека в мире. Фи­лософия становилась рационально-теоретическим ядром мировоззрения. Древнегреческий философ Гераклит (кон. VI - нач. V в. до н. э.) говорил, что разум управляет всем при помощи всего. Осуществляется поиск единого во многом. Философия судит о единой для всех явлений ми­ра основе, ищет в ней условия единства и целостности ми­ра. Этот поиск позволяет ответить на вопрос: совпадает ли философия с мировоззрением? Нет, не совпадает. Филосо­фия - не первая и не единственная форма духовного осво­ения действительности по следующим причинам:

• зарождение мировоззренческого сознания предше­ствует становлению философии;

• функции мировоззрения до возникновения филосо­фии выполняли мифология, религия, а также зачатки научного знания и обыденное знание;

• мировоззрение предшествует философии не только в историческом процессе развития человечества, но и с точки зрения формирования индивидуального, личност­ного сознания.

Историческая динами­ка предмета филосо­фии. Структура фило­софского знания

Фундаментальные проблемы философии возникают вместе с самой философией. Наличие в cτpyκτyp⅛ философского зна­ния так называемых вечных вопросов, затрагивающих су­ществование человека и общества, специфическим об­разом характеризует философское знание.

Круг охватываемых философией проблем, а в соот­ветствии с этим предмет философии, изменялся вмес­те с развитием общества, науки, самого философского знания. Несмотря на невозможность философских уче­ний признать наличие единого предмета исследования, можно вычленить предметную область философии, ко­торая исторически изменяется в границах, определяе­мых спецификой философского знания. Назовем эти ос­новные философские проблемы (философские темы).

Во-первых, проблема окружающего мира, бытия, Космоса, поиска первоосновы всего сущего. Первые воп­росы, с которых начиналось философское познание и ко­торые заявляют о себе вновь и вновь, - это что собой представляет мир, в котором мы живем? Как он воз­ник? Каковы его прошлое и будущее? В разные истори­ческие эпохи ответы на эти вопросы приобретали раз­личный вид. Опираясь на достижения науки, синтези­руя полученные знания, философия углублялась в раск­рытие сущности мира, принципов его устройства, первоос­новы всего существующего. Немецкий философ Людвиг Фейербах(1804-1872) писал, что философия - дочь сво­его времени, и в соответствии с этим формировались раз­личные философские модели мира, сохраняя во все вре­мена первостепенное значение в устремленности к поз­нанию тайн мира.

Во-вторых, проблема человека, т.е. смысла сущест­вования человека в мире. Проблема человека всегда на­ходилась в центре многих древневосточных философ­ских школ. Антропологический поворот, совершивший­ся в древнегреческой философии в лице ученых-софис­тов, а затем Сократа, зафиксировал еще одну вечную фи­лософскую тему. Ее сформулировал Протагор (ок. 490 - ок. 420 до н. э.): «Человек - мера всех вещей». Софисты отказались от рассмотрения космологической проблема-

тики и повернулись к человеку. Космос, с точки зрения Сократа, непостижим, и любителю мудрости следует осознать, что важнейшим для человека является само­познание.

В средневековой философии человек рассматривался как существо, тяготеющее к злу вследствие своей приро­ды, первородного греха и т. д.

В эпоху ранних буржуазных революций французский философ, математик Рене Декарт(1596-1650) провоз­глашает человеческий разум непогрешимым судьей в вопросах истины: «Мыслю, следовательно, существую». «Человек - венец природы», с точки зрения уже упомя­нутого Фейербаха, и в этом смысл его философской ант­ропологии. С марксистской точки зрения, человек есть совокупность общественных отношений. В рамках за­падной философии XX в. анализируются различные фе­номены человеческого бытия - страх, отчаяние, воля, любовь, одиночество и т. п. До сих пор проблема челове­ка - самая трепетная философская тема.

Третья важнейшая философская проблема - проблема отношения человека и мира, субъекта и объекта, субъ­ективного и объективного, идеального и материального. Материализм, начиная от античного стихийного материализма и древневосточных философских школ, решает данный вопрос в пользу первичности материи, природы, бытия, физического, объективного и рассмат­ривает сознание, дух, мышление, психическое, субъек­тивное как свойство материи в противоположность идеа­лизму, принимающему за первичное сознание, дух, идею, мышление и т. п. На протяжении всей истории фи­лософской мысли формировалось специфическое реше­ние проблемы познаваемости человеком мира, соотноше­ния мнения и знания, истины и заблуждения, возмож­ностей и пределов познания, проникновения в механиз­мы и тайны познавательной деятельности человека, по­иска критерия истинности наших знаний и т.

И, наконец, четвертая философская проблема. Она связана с решением субъект-субъектных, межличност­ных, социальных отношений, рассматривает человека в мире людей. Существует огромный пласт вопро­сов, связанных с поиском идеальной модели общест­ва, начиная от идеального государства Платона и Кон­

фуция (ок. 551-479 до н. э.), далее - города Солнца Томмазо Кампанеллы(1568-1639) и кЬнчая марксист­ской моделью гармоничного коммунистического общест­ва. В рамках решения самых разнообразных проблем че­ловека, погруженного в социум, возникла тема герменев­тики - понимания человека человеком, понимания чело­веком текстов, большей частью древних, благодаря кото­рым человек, порою через века, проникает в сокровенный смысл произведений и постигает свои личностные смыс­лы. Поиск согласия, взаимопонимания, идеалы толерант­ности, гибкости, коммуникативного решения всех воз­никающих конфликтов становятся ведущими философ­скими темами современной философской мысли.

Ни одна из обозначенных философских проблем не может быть полностью изолирована от другой - они вза- имодополняют друг друга. Вместе с тем в различных философских учениях отдается приоритет той или иной философской теме: построению модели мира, проблеме человека, исследованию субъективного, вза­имоотношению человека и мира, постановке гносеоло­гических вопросов, анализу отношения человека и об­щества, человека, погруженного в социум, в мир людей. В исторической динамике менялись акценты в реше­нии этих философских проблем, однако уже в древних философских учениях можно зафиксировать постанов­ку и своеобразное решение каждой из выделенных фило­софских проблем, определивших все позднейшие типы философского мировоззрения.

Возможность различных трактовок предмета фило­софии заключена в сложности, многогранности самого предмета исследования. Каждое время, отмечал в связи с этим Фейербах, имеет именно ту философию, которая как раз ему подобает, и призывал не забывать о времени, когда было написано то или иное произведение.

Обобщая различные подходы к определению филосо­фии и проблемного поля ее исследования, мыслители на протяжении времени по-разному трактовали этот воп­рос. Аристотель делил философию на теоретиче­скую (умозрительную), цель которой - знание ради знания, практическую, цель которой - зна­

ния ради деятельности, и творческую (поэтическую), ее цель - знание ради творчества.

Византийский богослов и поэт Иоанн Дамаскин (ок. 675 - до 753) в своем труде «Источник знания» дает шесть определений философии:

• философия есть познание природы сущего;

• философия есть познание вещей божественных и че­ловеческих, т. е. невидимых и видимых;

• философия есть помышления о смерти, как произ­вольной, так и естественной;

• философия есть уподобление богу, ибо уподобляемся богу мы через мудрость, справедливость, праведность, доброту, когда мы благодетельствуем нашим обидчикам;

• философия есть искусство искусств и наука наук, через нее изобретается всякое искусство и всякая наука;

• философия есть любовь к мудрости, истинная же философия есть бог, а потому любовь к богу есть истин­ная философия¹.

Принципиальное значение для философии в ее самом высоком, всемирно-гражданском космическом значе­нии, считает родоначальник немецкой классической философии Иммануил Кант(1724-1804), имеет реше­ние вопросов, отражающих типы отношения человека к миру: что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? Что такое человек? Отдавая высокую дань теоретическому разуму, Кант без колебаний на пер­вый план выносит практический разум - то, чему учит философия. Философия воплощает в себе идею совер­шенной мудрости и указывает высшие цели человече­ского разума, связанные с нравственными идеалами и ценностями человеческого разума. Если существует нау­ка, писал Кант, действительно нужная человеку, то это та, которой я учу - а именно, подобающим образом за­нять указанное человеку место в мире, и из которой можно научиться тому, каким надо быть, чтобы быть че­ловеком^[4][5].

Отдавая дань рационалистически-аналитическому, объективистскому взгляду на мирі, марксисты основной вопрос философии формулировали как вопрос отноше­ния мышления к бытию. Один из основоположников марксизма Фридрих Энгельс(1820-1895), акцентируя внимание на научный, рациональный момент нашего взгляда на мир, в работе «Людвиг Фейербах и конец классической немецкой философии» констатирует: «Ве­ликий основной вопрос всей, в особенности новейшей, философии есть вопрос об отношении мышления к бы­тию»^[6]. Основной вопрос философии, согласно этой пози­ции, имеет две стороны. Первая сторона основного вопро­са философии - это вопрос о том, что является первичным - дух или материя, материя или сознание. Философы раз­делились на два больших лагеря, сообразно тому, как они отвечали на вопрос об отношении мышления к бытию. Те, которые утверждали, что дух существовал прежде приро­ды, составили идеалистический лагерь. Те же, которые основным началом считали природу, примкну­ли к различным школам материализма. Вторая сторона основного вопроса философии - как относятся наши мысли об окружающем нас мире к самому миру, познаваем ли мир. Философы, отрицающие познавае­мость мира, называются агностиками.

Чтобы показать многообразие предмета философии, приведем в качестве примера попытки отдельных филосо­фов решить известные проблемы философского знания.

Датский философ и теолог Сёрен Кьеркегор (1813-1855), чьи философские воззрения сложились под влиянием немецкого романтизма и переоценки ра­ционалистического, холодного взгляда на мир, основное предназначение философии видел в осмыслении вопро­сов: -Где «Я»? Что значит сказать «мир»? Каково значе­ние этого слова? Кто заманил меня сюда и покинул здесь? Кто «Я»?

Осуществив пересмотр западной философии как от­влеченной рассудочности и негативной философии, рус­ский религиозный философ, поэт и публицист В. С. Со-

ловьев(1853-1900) противополагает ей цельную фило­софию всеединства и связывает философское творчество с позитивным разрешением жизненного вопроса быть или не быть правде на земле, понимая правду как реали­зацию христианского идеала. Нравственный аспект не только может, но и должен был быть положен, с точки зрения мыслителя, в основу теоретической философии. I

Для французского писателя и философа Альбера Ка­мю(1913-1960) в философии «есть лишь одна по-насто­ящему серьезная философская проблема - проблема са­моубийства. Решить, стоит или не стоит жизнь того, что­бы ее прожить, - значит, ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное - имеет ли мир три из­мерения, руководствуется ли разум девятью или двенад­цатью категориями - второстепенно» ^[VII]. В более широком контексте Камю стремится основной вопрос философии связать с проблемой ценности человеческой жизни, фи­лософской основы отказа от нее. Сущность человеческой драмы, пишет Камю, выражают ностальгия по Единому, стремление к Абсолюту.

В рамках собственно философского знания уже на ранних этапах становления началась его дифферен­циация, в результате которой выделились такие фило­софские дисциплины, как этика, логика, эстетика, и по­степенно оформились следующие разделы философского знания:

• онтология - учение о бытии, о первоначалах всего сущего, о критериях существования, общих принципах] и закономерностях существования;

• гносеология - раздел философии, в котором изу­чаются проблемы природы познания и его возможнос­тей, отношение знания к реальности, выявляются усло­вия его достоверности и истинности;

• аксиология - учение о природе и структуре цен­ностей, их месте в реальности, о связи ценностей меж­ду собой;

• праксеология — учение о практическом отноше­нии человека и мира, активности нашего духа, целепо­лагании и действенности человека;

• антропология - философское учение о человеке в многомерных его ипостасях;

• социальная философия - раздел, описывающий спе­цифические особенности общества, его динамику и перс­пективы, логику социальных процессов, смысл и пред­назначение человеческой истории.

Эти разделы не редуцируемы (не сводимы друг к дру­гу), но тесно связаны между собой. В целях наглядности можно предложить схему так называемого «философ­ского квадрата», вершинами которого будут онтоло­гия, гносеология, аксиология, праксеология. Точкой, объединяющей эти различные разделы философского знания, будет точка соприкосновения полей социальной философии и антропологии в центре квадрата.

Философия и мировоз­зренческие основания культуры. Универса­лии культуры и фило­софские категории

Мировоззренческие универса­лии - это категории, которые аккумулируют исторически накопленный социальный опыт и в системе которых че­ловек определенной эпохи оце­нивает, осмысливает и пережи­вает мир, сводит в целостность все явления действитель­ности, попадающие в сферу его бытия¹.

Чтобы подчеркнуть историчность содержания миро­воззренческих универсалий, особую социальную значи­мость, их иногда называют «категориями культуры», а также «универсалиями культуры».

Данный раздел написан на основе идей, изложенных в работах

Степина В. С.: Философская антропология и философия науки. М., 1992; Теоретическое знание. М., 2000.

М ировоззренческие универсалии - это формы мышле­ния, характеризующие любое человеческое сознание в различных культурах. Категории культуры фиксируют наиболее общие определенности бытия, выявленные развитием познания и практики. Это квинтэссенция (ос­нова) накопленного человеческого опыта, опираясь на который, каждое новое поколение познает и преобразует мир. Категории культуры - исторически развивающие­ся формы организации осмысления мира, связанные с развитием человеческой деятельности (практической и познавательной). Это не только познавательные струк­туры, схемы, оказывающие активное программирую­щее воздействие на сознание человека, формирующие его деятельность, поведение и общение, они определяют эмоциональное переживание человеком мира, оценку яв­лений и событий окружающей действительности.

В системе категорий культуры можно выделить так называемые базисные (универсальные), субъект-объект- ные категории. В базисных категориях обнаруживают­ся атрибутивные (неотъемлемые, необходимые, сущест­венные) свойства и характеристики объектов, которые развивающаяся практика выявляет в предметном ми­ре и, перенося их в идеальный план сознания, фикси­рует в форме категорий: пространства, времени, движе­ния, вещи, свойства, отношения, количества, качест­ва, меры, формы, содержания, причинности, случайнос­ти, необходимости и т. п. Эти категории универсальны, поскольку в любых объектах обнаруживаются соответ­ствующие характеристики и свойства.

Посредством субъект-субъектных категорий выра­жаются характеристики и свойства субъекта деятель­ности, структуры его общения, его отношения к другим людям и обществу в целом, к целям и ценностям соци­альной жизни. К ним относятся категории: человек, об­щество, «Я», другие, труд, сознание, добро, красота, ве­ра, надежда, долг, совесть, справедливость, свобода и т. п. Эти категории уже не имеют статуса всеобщих и универсальных категорий бытия, а применимы только для сферы социальных отношений. Однако в жизнедея­тельности человека они играют не меньшую роль, чем базисные категории. Они фиксируют в наиболее общей форме исторически накапливаемый опыт включения

индивидов в систему социальных отношений и комму­никаций, определяют его как субъекта деятельности.

Категории возникают, развиваются и функциониру­ют в культуре как целостная система, где каждый эле­мент прямо или косвенно связан с другими. Эта система предстает как обобщенная модель человеческого мира, которая транслируется в культуре и усваивается инди­видами в процессе социализации. В соответствии со сло­жившейся в культуре категориальной моделью мира осуществляются те вариации деятельности и поведения людей, которые характерны для определенной эпохи со­циального развития. В этом плане категориальная мо­дель мира, взятая в историческом конкретном содержа­нии, может быть рассмотрена в качестве основания куль­туры соответствующей эпохи. Она выражает мировоз­зрение данной эпохи, определяя не только объяснение и понимание, но и переживание человеком мира.

В каждом типе культуры присутствует специфиче­ский категориальный строй сознания, который диалек­тически соединяет в своем содержании моменты абсо­лютного, непреходящего, выражающего глубинные, ат­рибутивные характеристики бытия, и моменты относи­тельного, исторически выражающего особенности куль­туры определенного типа общества, а также присущие ему формы и способы общения и деятельности людей, принятую шкалу ценностей.

Каким образом проявляется эта двоякая природа ка­тегорий культуры? Сравнительный анализ культур Древнего Востока - китайской, индийской, японской, и культуры античной Греции позволяет зафиксировать не только наличие общих категориальных форм мышле­ния и общих черт содержания категорий культуры, но и ряда существенных различий в смыслах этих категорий, а значит, и в продиктованных этими смыслами миропо- ниманиях, свойственных соответствующим типам обще­ства. Так, категории бытия и небытия фигурируют в качестве фундаментальных во всех культурах. Но если древние греки понимали небытиё как отсутствие бы­тия, то в культурах Древнего Востока небытие понима­ется иначе - как источник бытия. Небытие выступает как отсутствие вещей и форм, но в нем как бы скрыто все возможное богатство мира, все не рожденное, не ставшее

и не оформленное ситуацией видимого реального, вещ* ного бытия. Вещи как бы выплывают из невидимого, по­ся в него.

коящегося небытия и, исчерпав себя, опять

Поэтому в любом событии, в их смене и становлении, в фиксации их неповторимости дана истина мирозда­ния. Все эти особенности категориального членения ми­ра мышления человека древневосточных обществ нераз­рывно связаны со специфическим для культуры этих об­ществ пониманием места человека в мире. Если человек в античной культуре понимается как активное деятель­ное начало, то в культуре Древнего Востока идеалом че­ловеческого бытия выступает не столько реализация се­бя в предметной области, сколько нацеленность на вжи­вание в окружающую среду и обращенность человече­ской активности на свой собственный внутренний мир.

Два основных взаимосвязанных принципа выражают этот идеал: «не-деяние» («у-вей»)и «освобождение от са­мости». «Не-деяние» означает не пассивное бездействие, а следование естественному порядку мира, стремление минимально вмешиваться в этот порядок. «Освобожде-j ние от самости» выражает установку на подчинение Я общественной и групповой дисциплине, на растворение индивидуального «Я» в абсолюте путем освобождения от личного интереса к своему малому «Я», в его слиянии с миром, которая избавляет «Я» от страдания.

Итак, система категорий, лежащая в основании куль­туры, выступает в качестве ее фундаментальных миро­воззренческих структур. Она выражает свойственные данной культуре наиболее общие представления об ос­новных компонентах и сторонах человеческой жизнеде­ятельности: о месте человека в мире, о социальных отно­шениях, духовной жизни и ценностях человеческого мира, о природе и организации ее объектов и т. д. Для человека, сформированного соответствующей культу­рой, смысл ее универсалий чаще всего выступает как | нечто само собой разумеющееся, в соответствии с чем он j строит свою деятельность. Типы миропонимания и ми­роощущения, свойственные разным типам общества, оп­ределены различным содержанием категорий, лежащих в основании культуры. Категориальные структуры об­наруживают себя во всех проявлениях духовной и мате­

риальной культуры общества того или иного историче­ского типа (в обыденном языке, феноменах нравственно­го сознания, художественном освоении мира и т. п.). Фи­лософская и естественнонаучная экспликация (разъяс­нение) этих категорий предстает лишь как один из аспек­тов их социокультурного смысла. Так, философское и на­учное понимание категорий пространства отлично от ее понимания на уровне обыденного языка, где применяют­ся такие понятия, как «здесь», «там», «дальше», «бли­же», в которых конкретизируется данная категория.

Преобразование базисных смыслов универсалий куль­туры и соответственно изменение типа культуры всегда связано с переломными этапами человеческой истории, ибо означает трансформацию не только образа человече­ского мира, но и продуцируемых им типов личности, их отношения к действительности, их ценностных ориента­цией. Именно в такие эпохи в самых различных сферах культуры происходит интенсивная переоценка ценнос­тей, смыслов мировоззренческих универсалий, ранее ка­завшихся очевидными и само собою разумеющимися.

Как соотносятся между собой философские катего­рии и универсалии культуры?

Прежде всего философские категории и универсалии культуры не тождественны друг другу, и с точки зрения своего генезиса (происхождения), и с точки зрения их структурно-функциональных характеристик.

Философские категории - предельно общие, фунда­ментальные понятия, отражающие наиболее существен­ные, закономерные связи и отношения реальной дейст­вительности и познания. В них синтезируются знания из различных областей культуры.

С помощью философских категорий осуществляется осознание и осмысление предельных оснований бытия и мышления, мировоззрения, универсалий человеческой культуры в целом, предметное рассмотрение самого зна­ния, критический анализ его форм, содержания и мето­дов познания. Происходит деятельность самопознания, раскрывающая внутреннее строение и специфику духов­ного мира человека.

Система философских категорий с точки зрения их структурно-функциональных характеристик выражает мировоззренческий строй реально функционирующего в

Статус и роль филосо­фии в истории куль­туры

культуре мышления. Философские категории органично· связаны с универсалиями культуры, это своего рода осо-1 бая проекция универсалий культуры, но тем не менее! философские категории представляют собой самостоя-1 тельные, высокотеоретические формы мыслительной дея-1 тельности, в которых отражаются существенные и всеоб-J щие характеристики природной и социальной реальности.

Появление философии как осо­бого типа мышления связано с рационально-теоретическим осмыслением мира, с поиском предельных оснований мира. Вместе с тем и в историческом, и в содержательном пла­не философия тесно связана и взаимодействует с наукой, искусством, моралью.

Взаимодействие философии и науки всегда имело сложный характер. Философию объединяет с наукой стремление к построению знания в теоретической фор­ме, к логической доказательности своих выводов. За­рождение философии исторически совпадает с возник­новением основ и источников научного знания, с появле­нием общественной потребности в изучении и поиске ис­ходных начал и принципов бытия и познания. Первона­чально под эгидой философии объединялись все знания. Древнегреческая философия была не только синонимом знания, но и в некотором смысле наукой наук. Филосо­фы стремились найти единство в многообразных при­родных явлениях. Первой исторической формой науки стала натурфилософия - философия природы, умозри­тельное истолкование природы.

По мере того как уровень знаний возрастал, науки об­ретали свою внутреннюю логику, специальные приемы, методы и покидали лоно философии - начался процесс дифференциации нерасчлененного знания. Уже в антич­ности от единой науки - философии - отделились мате­матика, физика, астрономия, медицина. Особенно бурно этот процесс проходил начиная с эпохи Возрождения: развиваются небесная механика, химия, биология. Вза­имоотношения философии и наук приобретают доста­точно сложный характер. Частные науки опираются на эмпирическое исследование, эксперимент, а общетеоре-

32 тические вопросы решает философия. Но поскольку эм­пирический материал еще слаб, и философское исследо­вание теоретических проблем частйЫх наук не опира­лось на их эмпирические данные, философское исследо­вание носило умозрительный абстрактный характер. Вследствие этого выводы философского исследования вступали в противоречие с фактами. Это приводило к противопоставлению философии и частных наук.

В XVII-XIX вв. создаются такие энциклопедические системы, в которых естествознанию противопоставляет­ся философия природы, а истории как науке - филосо­фия истории. Натурфилософия как система умозритель­ного знания, не опирающаяся на данные эмпирии, демонст­рирует свою историческую ограниченность.

Хотя в рамках натурфилософии было высказано мно­го гениальных догадок, предвосхитивших некоторые научные открытия, наряду с ними были и фантастиче­ские, идеализированные домыслы, которые замещали недостающие факты.

Вместе с тем уже в середине XIX в. в связи с открыти­ями в науке (закона сохранения и превращения энергии, эволюционного учения Чарльза Дарвина(1809-1882), учения о клетке) возникала необходимость в философ­ском осмыслении этих открытий - в процессе выхода из кризиса науки.

Итак, первый этап в развитии взаимоотношения фи­лософии и науки характеризуется их нерасчлененностью, единством, что присуще в особенности для античности.

Второй этап - XVII - первая половина XIX в. - харак­теризуется дифференциацией отдельных наук, разграни­чением сфер исследования философии и частных наук, их размежеванием. Напомним, что процесс дифференци­ации философского и научного знания начался уже в античности и в последующие эпохи он все более усили­вался.

Третий этап связан с возникновением позитивизма в 30-х гг. XIX в., который характеризуется резким раз­рывом науки с философской традицией в рамках пози­тивистской традиции.

Позитивизм (от лат. positiυus - положительный) - философское направление, основанное на принципе, что все подлинно положительное (позитивное) знание мо-

2 Зак. 89

33

жет быть получено лишь как результат отдельных спе­циальных наук и их синтез. Философия, с этой точки зрения, как особая наука, претендующая на самостоя­тельное исследование реальности, не имеет права на су­ществование. Ее задача может заключаться лишь в син­тезе, обобщении естественных и общественных наук.

Наука, с точки зрения создателя позитивизма фран­цузского мыслителя О. Конта, не нуждается в какой-ли­бо стоящей над ней философии. Пережитки метафизи­ки (философии), к которым, по мнению Конта, относят­ся претензии на раскрытие причин и сущностей, долж­ны быть удалены из науки. Наука не объясняет, а лишь описывает явления и отвечает не на вопрос почему?, а на вопрос как?

Культ науки в начале XX в. привел к формированию и утверждению сциентизма, притязавшего на построе­ние философии методами опытной науки. Сциентизм (от лат. scientia - знания, наука) - мировоззренческая позиция, в основе которой лежит представление о науч­ном знании как о наивысшей культурной ценности и достаточном условии ориентации человека в мире. Иде­алом для сциентизма служит не всякое научное знание, а методы и результаты естественнонаучного познания. Наука, с точки зрения сциентизма, - абсолютный эта­лон всей культуры. Антисциентизм подчеркивает огра­ниченность возможностей науки, а в своих крайних фор­мах толкует ее как силу, чуждую и враждебную подлин­ной сущности человека.

В рамках постпозитивистского направления, кото­рое сложилось в 60-70-е гг. XX в. под влиянием идей Карла Раймунда Поппера (1902-1994)(Лакатос, Фейера- бенд, Кун, Тулмин и др.), происходит своего рода реаби­литация метафизики, философии, раскрывается эврис­тическая роль философских идей в функционировании научного знания, в открытии научных истин.

Таким образом, проблема взаимоотношения филосо­фии и науки, проведение демаркационной линии между этими феноменами в различные времена поворачива­лась самыми разными ракурсами - от их полного един­ства, слияния и нерасчлененности в античности, до диф­ференциации областей исследования в XVII-XIX вв., их

резкого размежевания и разрыва науки с философской традицией в рамках позитивистского подхода и доста­точно взвешенного осмысления роли философских идей в функционировании научного знания, осуществляюще­гося в постпозитивистской традиции.

В наши дни в связи с довольно влиятельной тенден­цией и возникающим интересом к вненаучному и пара- научному знанию, различным проявлениям оккультиз­ма, мистики, мистизацией науки и онаучиванием мис­тики особенно возрастает роль философского анализа происходящих событий, защиты научной рациональ­ности. Как свидетельствует история человеческой куль­туры, забвение разума, отказ от рационального осмысле­ния происходящего, утрата веры в гуманистические ценности становились тревожным симптомом наступле­ния сумерек кумиров, длительного периода упадка, возврата к иррациональному. Подобно тому, как в Древ­ний Греции расцвет просвещения сопровождался про­грессивным переходом греков от мифологического к ра­ционально-философскому мышлению, а период реакции и упадка сопровождался возвратом к иррациональному, так и возникновению нацизма в Германии предшество­вали расцвет паранауки, подъем иррационализма и ок­культизма. Строгая и неизбежная предопределенность астрологической судьбы в такие моменты исторического бытия казалась более предпочтительной, чем тяжелое бремя ответственности, чем даже свобода с ее нечеткими и ненадежными измерениями.

Сейчас проблема рационально-философского осмыс­ления происходящих событий, взаимоотношения нау­ки и философии приобретает в высшей степени нрав­ственный смысл: либо мы откажемся от высочайшего разума, и он уступит место сознанию, питаемому мисти­кой, оккультизмом, паранаучными эффектами, куль­том воли, когда насилие превратится в победоносного антагониста истины, когда разум уступит место антира- зуму, инстинкту, либо останемся на тонкой, нелегкой, но все-таки надежной тропе высокого разума. Общество не может и никогда не могло развиваться без науки. Только там, где создавались условия для поиска нового знания, цивилизации не гибли и прогресс оказывался неодолимым.

В нашей отечественной традиции философию дли­тельное время считали наукой. В учебных пособиях фи­лософию определяли как «науку о наиболее общих зако­нах движения и развития природы, общества и мышле­ния». Причем эти законы рассматривались как подоб­ные законам физики, химии, хотя в отличие от законов частных наук, законам, изучающимся философией, приписывалась всеобщность.

Отождествлять философию с наукой^[VIII], значит, требо­вать от нее, чтобы:

• в философии обосновывались принимаемые всем философским сообществом истины, подобно тому, как в науке принимаются общепризнанные, объективные, адекватно отображающие действительность истины;

• она представляла собой подлинно научную концеп­цию;

• ее утверждения, гипотезы подтверждались с по­мощью эмпирических данных, экспериментов и фактов;

• в философии, подобно науке, существовали обще­принятые методы, использовались измерения, экспери­менты ит. п.;

• в философии был выработан общепринятый философ­ский язык.

Однако философия не соответствует такого рода кри­териям и требованиям, которые предъявляются к науке. Философия - это, прежде всего, мировоззрение, несом­ненно включающее в себя и научные знания. В этом смысле философия формирует целостную систему взгля­дов на мир, общество, человека, его место в мире. Как всякое мировоззрение, философия способствует форми­рованию определенного отношения к миру, его оценки с точки зрения принимаемых идеалов. Таким образом, фи­лософия всегда носит личностный характер, в отличие от научного знания, которое объективно, безличностно с точки зрения полученного результата. Открытые в науке законы, несмотря на то, что они носят имена открывших их ученых, выступают в виде объективных, общепри­знанных, имеющих безличностный характер истин.

В философии, в отличие от науки, существует множе­ство идей, систем, взглядов, плюрализм мнений, здесь знания всегда несут на себе отпечаток личности, индиви­дуальную неповторимость, многообразия, специфично­сти стиля философствования и оригинальности исполь­зуемого языка.

Каково же отношение философии и искусства, фило­софского и художественно-эстетического освещения мира?

Исторически сложилось так, что вначале возникло мифологическое и религиозное осмысление мира чело­веком с его поэтически-художественным взглядом на мир гармонии и красоты и только потом - теоретическое постижение мира по правилам науки и логики. Филосо­фия и наука многим обязаны искусству, поэзии. В Древ­ней Греции они часто зарождались на уровне поэтиче- ски-художественного осмысления реальности и выра­жались образным словом.

Гераклитовская философия излагалась динамичным и образным языком, что придавало ее идеям многознач­ность и многосмысленность (В одну и ту же реку нельзя войти дважды. Солнце не только ежедневно новое, но оно постоянно и непрерывно новое). Образ реки у Герак­лита не только метафора и символ, а течение всей жиз­ни, всего окружающего мира и всего мироздания. Образ и понятие выражают единство мысли и чувства. «Они - продукт осмысленного созерцания (умозрения), элемен­тами которого являются сила воображения и творческое вдохновение»^[IX]. Само установление качественного разли­чия между разумом и чувственностью, мышлением и ощущением, между логическим и эмпирическим яви­лось величайшим философским открытием. Это означа­ло падение мифологии и начало утверждения нового ми­ровоззрения. Парменида (р. ок. 540 до н. э.) называют отцом рационализма. Он различал путь истины и путь мнения, свободно используя при этом мифологию для выражения своих идей. Он впервые высказал фундамен­тальное положение, что «существует мир чувственно воспринимаемых вещей и единый мир, постигаемый ра­

зумом». Единое бытие Парменида можно сравнивать с реальностью в искусстве, открытой греческой трагеди­ей, где реальность, в отличие от мифической реальнос­ти, строится на идеальной ситуации, отличной от реаль­ной жизни.

В то время наука еще не стала экспериментальной, и потому преобладало абстрактно-теоретическое мышле­ние. Сочетая понятия с художественно-образным вооб­ражением, греческие философы создавали концепции мира как гармоничного строя вещей (Космос). Не только эти самые начала науки и искусства, но и весь философ­ский дух исканий истины оказал громадное влияние на всю европейскую культуру.

Исторически складывающееся самоопределение ис­кусства и науки в последующие эпохи не прерывало, а усложняло их взаимосвязи.

Искусство - мышление в образах, философия и нау­ка - мышление в понятиях. В искусстве, в том числе в поэзии, поэт призван не доказывать, а показывать («В искусстве, что показано, то уже и доказано». В. Бе­линский). Ученый извлекает из фактов действительно­сти их сущность, художник берет у действительности материалы и возводит их до общего, родового, типиче­ского значения. Дух анализа и исследования присут­ствует в разных феноменах культуры. Искусство тоже есть суждение, анализ общества своими средствами, в нем мыслительный элемент сливается с художествен­ным. Оно умрет, если в нем не будет страдания и востор­га, вопросов жизни и ответов на них. Поэтическое искус­ство является выражением в художественных обра­зах современного сознания, современной думы о значе­нии и цели жизни, о путях человечества, о вечных исти­нах бытия. Поэт пытается разгадать Бога, реализуя предназначение философии, поэтому философия есть вершина поэзии.

Взаимосвязь, взаимовлияние науки, философии и ис­кусства проявляется не только в том, что они различны­ми средствами описывают природный и социальный мир. Искусство с его образным мышлением воздейству­ет на научное и философское творчество.

Альберт Эйнштейн(1879-1955), например, призна­вал, что в качестве элементов мышления у него выступа­

ют более или менее явные образы и знаки физических реальностей. Он высказывает два критерия выбора на­учной теории: внешнее оправдание, т. е. соответствие опыту, и внутреннее совершенство - ее естественность, красота. О квантовой теории Н. Бора Эйнштейн писал, что это наивысшая музыкальность в области мысли. По­чему так велика была тяга Эйнштейна к Моцарту и Дос­тоевскому?

В творчестве Достоевского Эйнштейна привлекала рациональная поэтика писателя, глубокая, трагически противоречивая, беспокойная мысль, ищущая разгадку бесконечной сложности бытия, смысл жизни человека, путь к истине и добру, к социальной и моральной гармо­нии. Достоевский, подобно ученому, ставил своих героев в условия жесткого эксперимента, и эти герои на грани безумия, на грани преступления, почти в патологиче­ских муках мысли и чувствах раскрывали парадоксаль­ность и противоречивость человеческого бытия. Именно в этом смысле Достоевский дает Эйнштейну больше, чем любой мыслитель.

В музыке же Моцарта ученый видел идеал бездонного по глубине и безмерного по сложности слияния могучего и возвышенного, красоту и богатство человеческого ду­ха, выраженного в удивительной простоте и гармонии.

Что роднит философию, искусство и науку? Единство и слитность рационального и эмоционального не может не роднить научное и художественное творчество. Музы­ка и исследовательская работа в области физики различ­ны по происхождению, по словам Эйнштейна, но связа­ны между собой единством цели - стремлением выра­зить неизвестное. Наука открывает тайны природы, а искусство - духовного мира человека. Для Эйнштейна главное предназначение человеческой души - бесконеч­но сложное, мучительное и радостное познание природы во имя человека, как и его самопознания.

В современной науке роль психологических мотивов возрастает и приближается по своему значению к роли психологических мотивов в художественном творчест­ве. В этом смысле наука становится ближе к искусству, и анализ того, что переходит от искусства к науке, ока­зывается необходимым эталоном анализа науки.

Поэтому очень важно уметь видеть плодотворное вза­имодействие науки, искусства и философии. Научная истина способна проникнуть в любые сферы знания, осу­ществляя в них правду жизни общества и природы и представляя их как источник эстетического наслажде­ния. Именно так реализуется синтез истины, добра и красоты в нашем знании о мире.

Каким образом осуществляется взаимодействие фи­лософии, науки, искусства, морали, философских, науч­но-художественных, эстетических и нравственных на­чал в человеческой культуре?

Философская рефлексия (от лат. flexio- размышле­ние, самопознание) позволяет зафиксировать, что в зна­менитой триаде: истина, на постижение которой наце­лена наука, добро, как одна из высших моральных цен­ностей, красота, осмысливаемая в искусстве, - сокро­венные идеалы поиска человечеством гармонии. Извест­но, что Платон(427-347 до н. э.) на вершину своей пи­рамиды идей помещал не Истину, а Благо. Идея истины располагалась значительно ниже, потому что путь к бла­гу - это не только путь истинного знания, добываемого наукой. Этот путь освещается и идеалами красоты, из­мерениями прекрасного, осмысливаемыми искусством, художественно-эстетическим мировосприятием. Всякая культура ставит перед собой задачу достижения блага, но каждая культура ставит ее по-своему. Путь к Благу для науки нового времени мыслился через постижение объективной истины. Для современной науки познание истины любой ценой, получение знания ради знания, вне системы моральных ценностей является слишком опасным.

Казалось бы, любовь к истине и ее красоте является лучшим основанием для морали, а люди науки должны быть носителями высокой морали. Французский мате­матик, физик и философ Жюль Анри Пуанкаре (1854-1912) писал, что наука ставит нас в постоянное соприкосновение с чем-либо, что превышает нас, приво­дит нас в восторг, позволяет уловить роскошную гармо­нию законов природы, соприкасаться с идеалом, кото­рый для ученого значит больше, чем он сам, что и состав­ляет почву, на которой можно строить идеал.

Наука дает такие образцы морального поведения, как коллективизм, солидарность, бескорыстное служение идеалам, укрощение темных инстинктов, предрассуд­ков и суеверий, отвращение ко лжи и слепому подчине­нию. Мораль поддерживает науку, направляет поведе­ние ученых, помогает дать правильные общественные оценки их деятельности.

Незадолго до своей смерти А. Пуанкаре предсказы­вал, что мораль и наука по мере своего развития будут превосходно согласовываться друг с другом. А вскоре началась Первая мировая война, впереди был еще весь XX в., мировая резня, наука (монстр Бухенвальда), ис­пользовавшая в качестве материала для исследования препараты, изготовленные из крови узников, использо­вание бактериологического или экологического ору­жия. Научное сообщество не смогло возвыситься над об­щим уровнем нравственности общества.

Когда четкие нравственные ориентиры утрачивает современный ученый, вооруженный всей мощью совре­менной техники и поддерживаемый всеми активами современных государств, когда он в «интересах науки» и не из нравственных побуждений, а чисто «эстетиче­ского» интереса к «делу», к открытию и творчеству как таковому, изобретает наборы яда, атомное, бактериаль­ное, психопатогенное и т. п. оружие, это смертельно для человечества, не говоря о том, что это смертельно и для науки^[X].

Тревожные симптомы нравственного состояния нау­ки, массовая разработка самых бесчеловечных средств научно-обоснованного насилия над телом и духом чело­века конца XX в., крушение нравственно-эстетиче­ских идеалов родства и гармонии с природой, служения красоте человека и мира, здоровой и полнокровной жиз­ни - не более чем эпизоды общего состояния современно­го мира, духовного кризиса, охватившего современное человечество. Как вернуть утраченное единство идеалов Добра, Красоты, Истины как величайших феноменов че­ловеческой культуры, сделать моральной нашу мораль, нравственной - нашу нравственность и цивилизованной - нашу цивилизацию - в этом один из фундаментальных вопросов современной философии.

Исследование исторической динамики предмета фи­лософии, ее проблемного поля, сравнение философии с мифологией, религией, наукой, искусством, позволяет сделать вывод о том, что философия не сводится ни к од­ному из этих феноменов человеческой культуры одно­значным образом. Такое сведение означало бы неоправ­данное снижение существа философии, заключение ее в узкие рамки. Философия не поддается определению че­рез что-то другое, она есть нечто самостоятельное, пре­дельное, последнее выговаривание и последний спор че­ловека, захватывающее его целиком и постоянно. Она может быть понята в силу этого только через саму себя и в качестве самой себя. Она требует, чтобы мы смотрели не в сторону от нее, но добывали ее из ее самой. Она сама есть, только тогда, когда мы философствуем. (Филосо­фия есть философствование. М. Хайдеггер.)

Немецкий философ Мартин Хайдеггер(1889-1976) подчеркивает двусмысленность, специфицирующую фи­лософию: «Философия выступает и выглядит как наука, не будучи таковой; философия кажется похожей на ми­ровоззренческую проповедь, тоже не будучи ею. Философ­ская мысль всегда есть мышление, охватывающее заодно и понимающего человека, и его бытие - не задним чис­лом, а так, что первого нет без второго, и наоборот. Нет никакого схватывания целого без захваченное™ философ­ствующей экзистенции. Философия лишь выглядит на­учным обоснованием и описанием мировоззрения, буду­чи, однако чем-то иным. Она есть философствование, мышление в предельных вбирающих понятиях, спраши­вание, вопрошание, которое в каждом вопросе, а не только в конечном итоге спрашивает о целом, постоянно захваты-